Но внезапно:
— Добрый вечер…
Два слова, срывающиеся на полушепоте, окрашенные чем-то знакомым, отчего у меня моментально внутри все сжимается. Я замираю, словно ток прошивает позвоночник. Словно воздух выхватывают из легких. Слышать этот голос, словно горькое эхо прошлого, которое я так долго пыталась забыть.
Уже несколько лет не слышала этого голоса вживую и даже не была уверена, жив ли еще в душе страх перед ним. Но, оказывается, страх не умер — он мгновенно вылезает наружу. Колени дрожат, сердце бъется судорожно. И в то же время, как в наваждении, я осознаю, что ждала этого момента. Сколько вечеров представляла себе нашу возможную встречу. И она случается именно сейчас, в день рождения Димки, когда я хоть чуть-чуть успокоилась и будто уже и наладила нашу жизнь…
Но…
Шум в ресторане будто глохнет, все вокруг замедляется. В горле моментально пересохло, я оборачиваюсь резко и почти спотыкаюсь на месте, сжимая ладонями ткань юбки. Мгновение вижу только смутные контуры позади меня. Праздничная суета, мерцающие огоньки, блики на бокалах, а потом резко выхватываю взглядом знакомые черты.
Он. И я выдыхаю, будто меня доселе душила удавка.
Его удавка…
Сжимаю в замок дрожащие руки, чтобы не выдать панику, и приподнимаю подбородок. По телу проносится шальной трепет. Забытый ужас и... странная, едва пробиваемая радость, что он тут. Словно он одним своим присутствием может унести все лишние заботы и проблемы, словно между нами ничего не изменилось…
Он…
— Добрый… — шепчу я, не в силах отвести взгляд от тех самых глаз, которые преследовали меня иногдам в кошмарах.
Он приоткрывает губы, собираясь заговорить. Все мое естество застывает на грани. Рядом смеются друзья Димы, повсюду музыка. Но я ничего не слышу сейчас. В центре моего внимания — мой бывший, вернувшийся из прошлого в мое настоящее.
И я внезапно осознаю: какой бы страшной ни была эта встреча, я давно ждала ее. Чтобы, наконец, завершить незакрытый гештальт. Чтобы сказать все, что накопилось. Чтобы выбросить последние иголочки и решить, кто мы теперь друг для друга.
Никем мы не можем быть. Априори. Потому что у нас есть Дима.
— Я очень рад, что меня пригласили, — выдыхает он, в его голосе чувствуется странная смесь облегчения и боли.
Холодок пробегает у меня по груди, но я стою с гордо выпрямленной спиной. Димин смех позади, голоса гостей, Макс со своей невестой. Но сейчас ничего не важно. Ни-че-го.
Делаю глубокий вдох. Стараюсь сохранять голос ровным.
Мне нужно сохранить лицо. И нужно выдохнуть.
Но он тут. Он прилетел.
Сергей Шахов прилетел. Он…
Он снова ворвался в мою жизнь.
33 глава
Шахов
Я замечаю ее издалека — тонкую фигуру, повернутую ко мне спиной, и понимаю, что даже при всем буйстве чужих голосов и музыки внимание невольно тянется к ней. Волосы стали короче, ложатся по-другому, чуть приоткрывая хрупкие шейные позвонки. Меня окатывает знакомым жаром: хочется подойти сзади, прильнуть губами к этой полоске у основания шеи, ощутить биение ее сердца…
Я делаю несколько шагов вперед, сжимая в руках букет: аккуратные белые розы. Не знаю, зачем выбрал именно их, но мне захотелось чего-то спокойного. За эти пять лет многое изменилось и даже такой мой выбор цветов о многом говорит.
Замираю за ее спиной на миг, пытаясь унять стук крови в висках. Черт, как же меня до сих пор ведет от ее вида…
Лера поворачивается, и на лице вспыхивает удивленное, нервное выражение. Я что-то говорю и она хрипло отвечает… Проходят две маленькие вечности, пока я не опомнился. Я протягиваю ей цветы, собираясь сказать хоть слово. Но тут же слышу топот — рядом с нами оказывается Димка. Я мгновенно опускаюсь к нему на корточки, обнимаю, прижимаю к себе. От его смеха внутри становится теплее.
Я впервые вижу его таким взрослым…
— Ты уже такой взрослый, парень, — шепчу, глядя в его сияющие глаза. — Скоро меня перерастешь, а?
Дима заливается счастливым смешком, и я подаю охраннику знак. Тот мгновенно выкатывает целый автопарк с игрушечными машинами внутри — от крохотных модельных коллекций до крупных джипов, которые Димка может катать, устраивая гонки. Улыбаюсь, следя, как он буквально подпрыгивает от радости.