— Какое красивое имя — Аврора.
— Спасибо.
Меня отвели в кабинет директора фирмы.
Хотя дорогу я и так прекрасно знала.
За эти шесть лет здесь мало что изменилось, кроме легкого ремонта и новой мебели.
Босс находился на прежнем месте.
Только имя на двери было другим.
«Жданов Роман Николаевич»
Я на мгновение застыла.
Это сочетание мне показалось до боли знакомым. Так звали моего первого парня.
Еще в школе. Мальчика, с которым я встречалась до отношений с Давидом.
Моего Рому тоже так звали.
И он был хорошим. Нам было классно вместе.
Я думала, что выйду за него замуж, когда закончим школу и универ.
Но его родители имели другие планы на будущее сына.
Их не устраивал тот факт, что я из бедной семьи, росту без отца.
Роме они желали блестящей карьеры и надежного финансового положения.
Поэтому буквально перед выпускным он сказал, что должен уезжать в Германию. Потому что туда перебирались на постоянное жительство его родители.
И документы сына уже поданы в престижный университет Дрездена.
Для меня это стало шоком.
Я много рыдала. Не могла понять, как он мог так поступить. Ведь мне казалось, что мы любим друг друга.
Мы могли часами говорить о том, как будут выглядеть наши дети. На кого будет похожа дочка. И какие глаза будут у нашего сына.
Забавно, что глаза у Ромы и Давида похожи.
Рома тоже был видным кареглазым брюнетом.
Мама говорила, что мне очень повезло с Романом. Из обеспеченной семьи, отличник. Серьезный. Нацелен на карьеру.
Но после выпуска из школы Рома уехал.
Мы расстались навсегда.
Он обещал, что мы будем видеться. Что он будет приезжать. Будем переписываться, болтать по телефону.
Но реальность оказалась куда жестче к нам обоим.
Родители не разрешили сыну поддерживать со мной контакт. Я не смогла ему рассказать, как поступила в универ. Какие у меня предметы.
Я так и не узнала, как сложилась его жизнь на немецких просторах.
Наверняка он выгодно женился. У него большая счастливая семья. Какая-то немка родила ему детей. И у них все хорошо — как могло быть у меня с Романом. Но в итоге не было.
Впрочем, жизнь не терпит пустоты.
Если закрываются одни двери — открываются другие.
Сейчас я понимаю, что не пережила бы этой потери — не пойди я на свадьбу двоюродной сестры. Чисто чтобы отвлечься от своего горя.
Там я встретила Давида.
И моя жизнь изменилась.
Она заиграла новыми красками. Я снова влюбилась. Только в этот раз все было серьезно. Было по-настоящему. Это были планомерные и зрелые отношения. Потому что я ценила Давида как еще один шанс обрести счастье.
Он был старше на шесть лет.
Он работал. Уже закончил универ.
У него была своя квартира. Пускай и съемная. Но своя — платил он за нее сам.
Ведь родителей не было.
Он сирота. Мать бросила в роддоме.
Отец неизвестен.
И все, чего он добился в этой жизни — он всего добился сам.
Тогда я была рада, что встретила такого мужчину. После Романа.
Но теперь… Теперь я понимала, что и первый, и второй — всего лишь этапы жизни.
Они научили меня любить.
Показали, как это — терять.
Благодаря Роме и Давиду я зарубила на носу — ничто не вечно. Прошлого не вернуть. Не стоит за него держаться.
Разве что…
Оно само стучится в твою дверь.
И дает вам еще один шанс на счастье.
— Роман Николаевич, — представляла меня кадровичка своему боссу, — это Яна Савицкая. Та самая девушка, о которой я говорила. Вы ее не знаете, потому что она работала бухгалтером еще до вашего прихода в компанию. Но…
Директор сделал жест рукой, чтобы подчиненная умолкла.
— Почему же я ее не знаю? — Роман Николаевич встал из-за стола. Выпрямил широкую спину. Поправил лацканы черного пиджака. И подошел ко мне. — Яну я прекрасно знаю. Вернее, — пробежался он взглядом по моей фигуре от ног до головы, — знал когда-то. Раньше. Еще под девичьей фамилией. — Он улыбнулся. И у меня перед глазами пронеслись мечты о нашем будущем. Которые лелеяла еще наивной старшеклассницей. — Яна Горбунова… Моя первая любовь.