Но он сделал свой выбор, когда закрутил роман с длинноногой любовницей и упустил свой шанс стать отцом для этих маленьких принцесс.
Кирилл до сих пор не знает о дочках. Я не пересекаюсь с нашими общими знакомыми, не веду соцсети, а когда приезжаю в Королев, то не треплюсь на каждом углу, что я родила от него.
Да и разве до нас ему в своем Израиле?
― Мария Сергеевна, у меня для вас та-а-акие новости! ― слышу в дверях кабинета довольный голос завуча.
Она подходит к моему столу и с широкой улыбкой заявляет:
― Нам скоро придется закрыть школу!
― Что? ― в шоке выдыхаю я. ― Как это закрыть? А детей где учить будем?
― Так в том-то и дело, что детей почти не останется, ― смеется она. ― Уже четыре семьи сообщили о переезде в город. И это еще только начало.
― Не понимаю, ― хмурюсь я. ― А почему эта новость вас так обрадовала? Из-за чего люди решили уехать из деревни? Этому есть какое-то объяснение?
― Есть, ― расплывается в улыбке завуч. ― На днях сюда приезжал какой-то московский предприниматель и предложил нескольким семьям продать ему земли вместе с домами. Деньги пообещал хорошие. Настолько хорошие, что вполне хватит на квартиру со всеми удобствами. Ну, какой дурак откажется? ― всплескивает руками завуч и заливисто смеется. ― Это ж для многих как подарок с небес!
Она наклоняется ко мне и шепчет:
― Если мне предложат такие деньги за мой старый дом, то я и думать не стану. Отдам не глядя. Тем более скоро и работы здесь совсем не будет.
― Я ни за что не продам свой дом! ― возмущаюсь я, краснея от злости. ― И в город я не поеду!
― Ой, ― смеется завуч, ― ну вот скоро он снова сюда приедет, озвучит вам сумму, и тогда я посмотрю, что вы ему ответите. Я так понимаю, что он хочет выкупить здесь всё.
Глава 8. Незнакомец
Месяц спустя
Королев
Маша
― К сожалению, в нашей школе сейчас нет свободных вакансий, ― с досадой произносит завуч.
― Очень жаль… ― вздыхаю я.
― И мне жаль, что вы остались без работы.
Прощаюсь с ней, выхожу из кабинета и про себя рассуждаю:
«Мне не так жалко, что я осталась без работы. Больше обидно за нашу деревню, которая скоро превратится в не пойми что!»
Выдумали построить там горнолыжный курорт, на территории которого будет и аквапарк, и гостиница, и ресторан.
Многие семьи с детьми сразу согласились продать свои дома и перебраться в город.
Вчера я провела последний урок в своей любимой, маленькой и уютной школе…
А со следующего полугодия почти все мои ребята будут учиться в городских школах, вот так-то…
Садик тоже закрывают, так как в группе осталось четыре человека, а из них ― две мои дочки.
― Не переживайте, Мария Сергеевна, ― вспоминаю слова завуча нашей школы. ― Переберетесь в город, устроитесь там на работу, а ваши дочки пойдут там в сад. Вы уж не отказывайтесь от предложения продать землю, когда к вам придут. Сами должны понимать, что здесь вам теперь делать нечего.
Я прекрасно понимаю, что не протяну в деревне без работы, но продажу земли и дома даже не рассматриваю.
Хотя и жить рядом с горнолыжным курортом это совсем не то, к чему мы с родителями стремились.
В нашей тихой деревне будет шумиха, много народу, куча машин.
Перед тем как поехать в очередную школу, заезжаю в кафе. Я с утра мотаюсь по городу и проголодалась жуть как!
Отдаю в гардероб куртку, иду к столику и слышу за спиной радостный крик:
― Машка! Терентьева-а-а!
Разворачиваюсь и округляю глаза.
― Баклажанова?! ― в шоке смотрю на однокурсницу. ― Да ладно?
Я крепко обнимаю ее и оглядываю с головы до ног.
― Я словно переместилась в машине времени на десять лет назад, ― смеюсь я. ― Ты совсем не изменилась!
У Лады все те же черные длинные волосы, глаза подведены четкими стрелками, на губах помада красного цвета, а взгляд хитрющий, как у лисы.
― Ага, ― звонок хохочет Лада. ― Как видишь, мои родненькие девяносто семь кило все еще при мне. ― Подмигивает она и выпячивает пышную грудь, которая чуть ли не вываливается из леопардового платья.