Сын. Однажды я буду рядом с тобой. Не знаю, когда, не знаю, получится ли. Но постараюсь изо всех сил и не сдамся. Я заставлю Рэя понять, что он был неправ. Правда, уже не уверена, что смогу быть счастлива рядом с ним.
Не могу оторвать взгляда от Вэйда. Стою так не знаю сколько, не решаясь даже притронуться, чтобы не потревожить сон. Он пока мал и слаб, но я знаю, что вырастет сильным.
— Сандра, что ты тут делаешь? — звучит голос, от которого по телу пробегает сеть молний.
Глава 5. Обещание
Рэйнгард. Почему он тут?
Оборачиваюсь в полной растерянности. Он зол, и это слабо сказано. Только его выдержка позволяет ему сейчас выглядеть более-менее спокойным. Но в глазах искрится магия, по кончикам пальцев пробегают молнии. Будь я мужчиной, он бы уже атаковал.
— Что ты хочешь сделать с ребёнком? — цедит он.
Вот какого он обо мне мнения? Думает, я могу навредить? Я уже ничему не удивляюсь. Соскребаю свою гордость, которую уже ни раз пытаются растоптать, и поднимаю подбородок.
— Я пришла посмотреть на Вэйда, — уверенно говорю я.
— Это не Вэйд, — тяжело и мрачно отвечает Рэй. — Его дракона назвала Дэбора, по праву матери. И я не скажу как. А тебе стоило бы назвать своё дитя другим именем, ведь она девочка. Вэйд не подходит.
— Это не моё дитя, — упрямо повторяю я, даже зная, что мне не поверят.
— Не пренебрегай этим, — игнорирует меня Рэй. — Даже если она не станет драконом, дух-дракон будет защищать её. Если не дашь имени, лишишь защиты.
Рэйнгард подходит и грубо берёт меня под локоть, тащит к двери.
— Подожди, — цепляюсь я за кроватку Вэйда.
— Не поднимай шум и возвращайся к себе, — зло цедит он. — Я не хочу скандала, тебя и так все обсуждают. Прибавишь масла в огонь?
Не хочу, но вынуждена согласиться с Рэем. Бросаю последний отчаянный взгляд на своего сына и позволяю себя увести.
— Рэй, ты где? — слышу противный голосок Дэборы.
— Иди в комнату и не выходи из неё, — сквозь зубы говорит он мне. — Я прикажу держать тебя взаперти до твоего отбытия. И ты сама в этом виновата.
В тот день помощник Рэя вернул меня в мою комнату. Я больше не выходила, никто не навещал меня. Даже бывший муж. Только передал бумагу о разводе через того же помощника.
Я будто потеряла смысл жизни. Отдушиной была только Тэя, потому что она охотно рассказывала мне о том, как поживает сын. Она даже вызвалась поехать вместе со мной, оставив работу во дворце — настолько ей было меня жалко. Но я лишь покачала головой и попросила вместо этого приглядеть за Вэйдом. Точнее, за Сайраном — так назвал его человеческую ипостась Рэй.
Долго тянуть не стали, спустя два дня мои вещи были собраны, а карета готова. Наверное, чтобы я не мешала им праздновать свадьбу своим страдающим видом.
Меня решили отправить в родительский дом на окраине столицы. Когда-то им его подарил Рэй, чтобы они были поближе к дочери, и с тех пор они и не покидали город, оставив в поместье управляющего.
Правда, ко мне они не пришли. Не навестили и даже письма не прислали. Я гадала, почему, но пришла к выводу, что, скорее всего, их не пустили. Приеду — спрошу прямо.
К моему удивлению, бывший муж явился меня проводить. Он выглядел бледнее обычного, под глазами залегли тени. Не высыпается из-за Деборы?
Стараюсь не думать об этом. Рэй делает вид, что ему не всё равно на свою новорождённую дочь и что он пришёл попрощаться именно с ней. На меня он почти не смотрит, лишь кивает вначале. Я же смотрю на бывшего мужа и понимаю, что с ним мы тоже не скоро увидимся. Это конец. Что бы ни произошло дальше, нашим отношениям конец. Такой быстрый и беспощадный.
Но я должна кое-что сделать перед отъездом. Пока грузят чемоданы, подхожу к бывшему мужу ближе.
— Рэйнгард, — смотрю ему прямо в глаза, пытаясь достучаться, достать до его души. В последний раз.
Ведь в её глубине у него должны были остаться чувства ко мне? Иначе быть не может, мы же истинные. Или были ими…
Рэй молча ждёт, что я скажу. Видно, что он заранее думает, что это будет очередная блажь или фантазия, но готов выслушать ради приличий. Проглатываю горький ком и продолжаю.
— Рэй, пожалуйста, позаботься о нашем… о твоём сыне.
Лёд его безразличия трескается, Рэй не ожидал этих слов. Смотрит на меня теперь по-новому. И… с жалостью? Он думает, я сошла с ума и решила, что ребёнок Дэборы — мой?
— Разумеется, я буду, — говорит он.