— А зачем? — удивленно спрашивает Виталя и смотрит на меня так, что становится стыдно.
— Ситуативно или масштабно? — уточняю, еле выговорив.
— Да просто… зачем?
— Потому что, так надо, — говорю, сдерживая подступающую икоту.
Виталя недоверчиво кивает и продолжает следить за дорогой. А я почему-то никак не могу успокоиться.
— И еще … — откашливаюсь в кулак, — Ты в Инстаграме шаришь?
— Ну да…
— Ты мне можешь настроить? Или найти просто. Эмма Бьюти. Без каких-то подчеркиваний, палочек и другой херни.
— Хорошо. Сейчас?
— Нет, сейчас не надо, давай завтра.
Я ведь и херни всякой могу написать по пьяне. Так что, выдержка— наше всё!
— Слушай, Боец, а она что, реально твоя жена? — спрашивает с опаской.
— Реально, — моя икота подступает все ближе.
— А почему вы вместе не живете?
— Скоро б-будем.
— Как так вышло- то вообще? Она же явно приезжая, да и не подходит тебе совсем.
— Это еще почему? — мгновенно начинаю бычить, но Виталя этого не замечает.
— Ну она такая…
— Какая?
— Ну фифа там наряженная. Стерва. Каблуками туда- сюда и смотрит как акула.
— Ты просто не туда смотришь.
— А куда надо смотреть?
— Конкретно, в твоем случае — на дорогу.
Я приоткрываю окно и запускаю в салон свежий воздух, чтобы немного разбавить перегар.
Виталя еще совсем зеленый. Но у меня в его возрасте интуиция была куда лучше. В том клубе Эмма и вела себя как акула, чем и привлекла мое внимание. Не коротким платьем, не длинными ногами, не красивым лицом. Взглядом. Атакующим. Работающим на опережение. Чтобы ударить первой и взять фору, потому что ты не знаешь, с какой силой могут ударить тебя. Я знаю этот взгляд и что за ним прячется. Я тоже так смотрю.
***
Проснулся от того, что башка гудела так, будто внутри взорвали петарду. Глаза открыть было сложно — свет бил по зрачкам, а в ушах стоял гул. Потянулся рукой к тумбочке — нащупал телефон, но даже посмотреть на него не смог.
В комнате кто-то был. Кто-то тихий.
— Саня… — осторожно позвал знакомый голос. — Я минералку налил. И таблетки принес.
Приподнялся, с усилием сел. Виталя стоял рядом, очень бодрый, сразу видно, что не пил вчера. В руке — стакан с пузырьками, на ладони — таблетка.
— Давай.
Он протянул, я взял. Не сказал спасибо — он и так знает, что за такие подгоны уважение. Глотнул, сморщился, провёл ладонью по лицу.
— Что там по чеченцам? — спросил я, полусидя, растирая глаза рукой.
Виталя чуть заметно пожал плечами.
— Тишина пока. Никто не двигается. Базара меньше стало, будто ждут чего-то.
Я кивнул и снова лёг. Холодная минеральная вода немного оживила, но в голове всё ещё гудело.
— Что по Эмме? Людей нашёл?
— Нашёл, Саня, — отозвался он быстро. — Уже с утра у гостиницы дежурили. Подошли, как только она вышла. Потом ещё в кафе к ней подсели. Всё как ты просил.
Я усмехнулся уголком рта.
— И как?
— Довольная была, будто президент. Улыбалась, обнималась с детьми, автографы подписывала. Даже какую-то девку поцеловала…
Я молча рассмеялся — горло пересохло, от этого смех вышел хриплый.
— Хорошо, — пробормотал я, снова проваливаясь в подушку. — Пусть думает, что здесь её знают. Пусть расслабится.
Виталя ничего не сказал, просто кивнул. Он знал, что если я сказал "хорошо", значит, пока действуем по плану.
— Инстаграм мне скачал? — спросил я, не открывая глаз.
— Скачал, настроил, всё как просил, — отозвался Виталя и немного замялся. — Страницу её тоже вбил.
— Ну и?
Он кашлянул в кулак.
— Лучше не смотреть, Саня. Там... такое. — его голос стал виноватым, словно не Инстаграм смотрел, а сам накосячил. — В общем, я все сделал, можно я пойду?
Я открыл один глаз и посмотрел на него. Виталя стоял у двери, явно готовый исчезнуть.
— Иди, — бормочу сонно, — Молодец, Виталик.
В комнате снова стало тихо. Только холодильник за стенкой гудел и сердце билось в висках. Лучше не смотреть, Саня. Там такое. И как теперь заснуть?
Я тянусь к телефону, снимаю блокировку и нажимаю на пестрый значок приложения.
Открыл. Страница была готова, Виталя не соврал. Эмма Бьюти. Какая-то синяя галочка около имени, и правда, два с половиной миллиона подписчиков. Даже, два шестьсот.
Аватарка — лицо с макияжем, волосы волной, надменный взгляд.
Первое фото — она на яхте, в купальнике, загорелая, с бокалом шампанского.
Следующее — фотосессия в каком-то французском ресторане, ножка через ножку, платье с разрезом до бедра.
Потом — пляж, Эмма в белом бикини, раскинулась на лежаке, глаза закрыты, тело как из глянца.
Потом опять — студия, реклама какого-то крема.
А потом… он.