Атмосфера наступающих праздников буквально витала в воздухе — невозможно было не поддаться этому безумию. Я широко улыбнулась проходящему мимо Деду Морозу, за что получила сахарный леденец и ярко-красное яблоко. Я сделала несколько красивых кадров, а Анита любезно предложила сфотографировать нас с Никитой, чему мой муж, конечно же, был особенно рад.
Некоторое время мы прогуливались по набережной. Река Мзымта была покрыта толстым слоем льда, но даже она сверкала яркими огнями, отражая свет гирлянд.
— Выпьешь чего-нибудь горячего? — спросил меня Никита. — Замёрзла?
Я не ожидала вопроса и удивлённо подняла на него голову, однако ответить не успела. Баба Яга оказалась быстрее.
— О-о-о-о-ой, — протянула Анита искусственно милым тоном. — Это так мило, Никита. Ты так заботлив! — а затем хлопнула в ладоши и радостно воскликнула: — Я бы тоже не отказалась от чего-нибудь горяченького. Ребята, давайте по глинтвейну! Дима, Саша?
Она окликнула краснодарских ребят, которые что-то увлечённо фотографировали на узком каменном мостике, и мы пошли в сторону ближайших ларьков, где в огромных тарах дымился глинтвейн.
— Всё-таки они постарались на славу, — сказал Максим, когда мы ждали наш заказ. — Посмотрите на архитектуру — так удивительно лаконично переплетены стили. Европейский, альпийский. Даже нет ощущения, что мы в России, и это при том, что строили всё это лет пятнадцать назад.
— Да! — согласился Дима, вновь фотографируя главную аллею. — Сюда столько сил вложено, я как-то говорил с…
— Привет, коллеги!
Голос за нашими спинами заставил нас синхронно обернуться. Колмогоров Стас собственной персоной. Меня аж передёрнуло. Я терпеть не могла этого выскочку.
— Стасик! — расплылась Анита и сделала шаг ему навстречу, приподнялась и обняла его в знак приветствия. — А я думала, где ты потерялся?
— Успел покататься с утра, — ответил он, чуть сдвинув сноуборд в руках. — Я пропустил прогулку! Обидно, могли и позвать!
Анита рассмеялась и толкнула его плечом. Я отвернулась — наблюдать за этим цирком было выше моих сил.
— Ребята! Знакомьтесь. Стас Колмогоров — легенда продвижения и пиара.
— Брось, Анитка, — рассмеялся Колмогоров. — Ты мне льстишь.
Он пожал руку всем ребятам в нашей компании, а когда очередь дошла до меня, улыбнулся ещё шире:
— Кирочка, вот мы и снова встретились. Это почти традиция — третий проект, где мы с тобой соприкасаемся.
Какое слово-то подобрал. Ну конечно. Мы не соприкасались — мы воевали. За каждый крупный проект и своё место под солнцем яркого неба пиара. Надо ли говорить, что надрать ему задницу мне хотелось едва ли не больше, чем заполучить этот проект.
Я вежливо улыбнулась:
— А я всё думала — где же ты? Неужели нашлась рыбка покрупнее? А нет… рада тебя видеть.
— Так ведь интереснее, согласись, — хмыкнул Стас, стягивая с руки толстую перчатку. — Я в предвкушении. Проект просто шикарен, поучаствовать в нём — предел мечтаний любого профессионала.
Я промолчала, боясь, что не сдержусь и сболтну лишнего. Всё-таки правила приличия никто не отменял.
— Мой муж, Никита, — представила я, меняя тему. — Вы, наверное, не знакомы.
— Нет, — ответил Стас всё с той же противной улыбкой. — Рад знакомству.
От продолжения диалога нас спасла очаровательная девчонка с копной рыжих кудрей:
— Ваш глинтвейн.
Наша компания оживилась. Всем хотелось согреться. Я потянулась к своему напитку, радуясь, что не нужно было больше говорить с Колмагоровым, а ещё лучше — просто сделать вид, что его здесь нет.
Если бы я была внимательней в тот момент, то заметила бы красноречивый взгляд моего мужа и нахальную усмешку на лице Стаса.
ГЛАВА 9 (Кира)
Главным мероприятием первого дня съезда стала роскошная коктейльная вечеринка, где все участники могли официально познакомиться с будущими коллегами и представителями фонда.
Вечер наступил очень быстро, и вот я уже стояла около барной стойки, поглядывая то и дело в телефон. Женька наконец-то добралась до гостиницы и сейчас активно приводила себя в порядок, чтобы присоединиться к нам.