Макс с самого начала тренировки крутился возле Киры: поддерживал её за руку, корректировал положение ног, показывал правильную стойку. Это бесило. Но, судя по скупой реакции жены, она слушала его постольку-поскольку.
Однако моё терпение всё же лопнуло. Когда Орлов обошёл Киру и встал у неё за спиной, я молча отхлебнул холодной воды из рядом стоящей бутылки. Когда же Макс наклонился, провёл рукой в перчатке по бедру Киры, а потом прижался к её спине, якобы показывая, как правильно отталкиваться палками от земли, я направился прямиком к ним.
— Убери руки, — громко сказал я и оттолкнул Орлова.
— Друг, ты чего?
— Я сказал: убери руки от моей жены. И никакой я тебе не друг.
— Никита… — начала Кира, но я вскинул ладонь, веля замолчать.
— Если ты не замечаешь, как он тебя лапает у всех на виду, то я как раз это вижу!
— Я просто пытаюсь понять, как держаться на этих лыжах! — вспылила в ответ Кира.
— Значит, попроси помощи у инструктора, а не у этого…
— Ты ведёшь себя смешно! — взвилась Кира.
— А ты ведёшь себя вызывающе! — парировал я. — Вот снимешь обручальное кольцо, и сможешь делать всё, что пожелаешь. Сейчас же ты моя. Точка!
Кира запнулась на вдохе и замолчала. Я видел только, как полыхнули у неё глаза. Плохой знак. Нет — отвратительный.
— Знаешь что? — процедила она. — Не смей мне указывать, с кем и как проводить время! Я не твоя собственность. Даже если на безымянном пальце я ношу твоё кольцо!
Она так резко развернулась и оттолкнулась горнолыжными палками от земли, что я даже не успел среагировать. Впрочем, и Макс, и неуклюже подъехавшая к нам Женька — тоже. Кира уже со всей доступной ей на детском склоне скоростью неслась вниз.
Со стороны могло показаться, что она уверенно стоит на лыжах и полностью контролирует ситуацию. Правда, на деле это оказалось далеко от истины. Благополучно добравшись до подножья трассы, Кира попыталась затормозить. Сперва она делала это злополучными палками, но, видимо, потом решила попробовать замедлиться при помощи ног.
Я видел, как она развернула корпус и поставила лыжи чуть ли не на ребро. Тормозить она, конечно, начала, только вот равновесие всё же потеряла, и со всей высоты своего роста кувыркнулась прямо на жёсткую поверхность трассы.
Со стороны это выглядело опасно. Чуть ли не в один голос я, Макс и Женька ойкнули и со всех ног пустились вниз, надеясь, что Кира не убилась. Только этого нам не хватало.
ГЛАВА 12 (Кира)
Я сидела на полу в номере Женьки, слушая её воспитательную лекцию и потирая ушибленную ногу. Мое фееричное — не побоюсь этого слова — падение не прошло бесследно. На лодыжке расцветал ярко-фиолетовый синяк, нога распухла и болела, отчего весь путь от трассы до дома я шла прихрамывая и опираясь на Никиту, от которого никак не могла отделаться.
— Ну серьёзно, Кир, — в сотый раз за вечер сказала Женька, приблизившись ко мне с пакетиком льда. — Вы, конечно, молодцы, артисты. Театр по вам плачет. Устроили такой спектакль прямо посреди склона. Это ещё ладно, Рахманова не было…
— Ай-ай-ай, — зашипела я, когда подруга, не церемонясь, прижала холод к моей ноге.
— Терпи, до свадьбы заживёт. Или до развода, — пожала она плечами и рассмеялась.
Только мне было не смешно. Все эти браки, разводы, игры стояли мне поперёк горла. Я знала, что перегнула палку. Нужно было сдержаться и не устраивать сцен. Но Никита вывел меня из себя, и я не справилась с эмоциями.
— Знаю, хватит. Меня уже тошнит от этих нравоучений. Вопрос закрыт! — одернула я Женьку, не в силах выслушивать её выговоры, словно я первоклашка.
Она фыркнула и отвернулась, переключив внимание на гору неразобранных с приезда вещей.
— Что сказал Максим? — через пару минут тишины спросила я. Лед в руках начал таять, неприятно растекаясь по коже талой водой.
— Ничего. Я его успокоила. Переживал за тебя, — всплеснула руками Женька. — Видела бы ты, как летела по склону. Я думала, точно шею себе свернёшь!
Я прыснула, хотя смешного, конечно, было мало.
— И Никитос перепугался. Побледнел весь, думала, его там удар хватит.
— Не преувеличивай, — ответила я, но на лице всё-таки появилась дурацкая улыбка. Женька это заметила, а вот я её внимательный взгляд — нет.
— Как ты в таком виде пойдёшь на бранч завтра?
— Пойду и всё, как будто есть варианты. Просто ушиб, пройдёт.
Неожиданно в дверь постучали.
— Ты кого-то ждёшь? — спросила я.
— Нет, а ты?
Я отрицательно помотала головой в тот момент, когда стук повторился.
Женька побежала к двери, а я с интересом вытянула шею, чтобы разглядеть, кто же там пришёл. В дверях стоял работник гостиницы в их фирменной униформе. В руках у него была какая-то посылка.