Никита молчал, глядя на меня, и в этом взгляде было куда больше смысла, чем в любом даже самом громком слове.
Сегодня между нами что-то изменилось - пусть мы пока и не понимали, что именно.
ГЛАВА 14 (Никита)
От яркого света софитов резало глаза. Монотонный голос из гигантских колонок резал слух. Кресло подо мной казалось жестким и неудобным.
Я в сотый раз перепроверял сообщения на экране смартфона. Гоша так и не отписался, что внес корректировки в онлайн-презентацию нашего проекта.
В который раз за последние пару часов я вытер ладони о брюки и напряженно уставился на сцену. И зачем нужно было устраивать смотр подрядчиков в банкетном зале? Чем Рахмановым не угодил простенький, компактный конференц-зал?
Я глубоко вздохнул и попытался сконцентрироваться на выступлении конкурентов. Их проект был довольно неплох, если судить по картинкам на слайдах, однако точнее оценить их задумку не мог. Мне банально не хватало концентрации. Из головы выветрились и предыдущие выступления участников. Все звуки, голоса, презентации слились в бесформенный гул.
Телефон слабо завибрировал у меня в руке. Я мельком глянул на экран. Уведомление от игры. Вовремя, ничего не скажешь.
— А теперь время вопросов! — объявил модератор встречи и протянул микрофон представителю фонда. На этот раз это был не Игорь Константинович, а его заместитель.
В висок мне что-то кольнуло, и я сжал зубы. Ну давай, Гоша! Времени осталось в обрез.
В микрофон что-то тараторили. Конкуренты на сцене блеяли какую-то чушь про воздуховоды и санитарные зоны. Я толком не вслушивался в их речь, да и в происходящее кругом, пока в банкетном зале не раздалось отчетливое:
— Никита Вересов, архитектурное бюро «NordFrame».
Я ощутил, как похолодели кончики пальцев. Мой черед выступать. Гоша… Я прибью его. Не успел, зараза.
На одеревенелых ногах мне пришлось пройти через ряд кресел и подняться на сцену. Казалось, будто пол уходит из-под ног. Не помню, как я умудрился подключить к ноутбуку всю необходимую аппаратуру, однако едва за спиной загорелся начальный слайд презентации, меня словно парализовало. Долбанные выступления!
Во рту пересохло. Кое-как я оторвал глаза от ноутбука и хрипло откашлялся.
— Микрофон на стойке перед вами, — подсказала мне девушка-модератор, и я криво ей улыбнулся.
Надо было просто начать что-то говорить, но я не мог. На меня смотрело более трех десятков глаз, в лицо светили идиотские софиты и по углам зала мерцали новогодние елки. Это все жутко отвлекало. Еще и недостающие файлы в презентации меня жутко нервировали. Как уж тут начнешь выступать?
Вдалеке скрипнули двустворчатые входные двери. Я невольно поглядел туда, где к дальнему ряду в полусогнутом состоянии пробиралась девушка. Она уселась на ближайшее кресло и мельком осмотрелась вокруг. Наши с ней взгляды встретились. Кира. Это была она. Пришла.
С утра, пока я ругался с Гошей и его рискованным планом заменить парочку файлов в презентации незадолго до начала всего мероприятия, Кира жизнерадостно скакала по номеру на пару с Симбой и ждала, пока я освобожусь. Мы вместе сходили на завтрак и после она торжественно сообщила мне, что до обеда собирается опробовать местный спа-комплекс. Помнится, я бросил ей что-то в духе “Развлекайся сколько влезет”, и потом гордо ушел прямиком в банкетный зал. Я не рассчитывал на ее поддержку. Она мне была не нужна.
Только вот Кира все равно пришла. Теперь она смотрела на меня с дальних рядов и улыбалась. В воздухе Кира нарисовала сердечко, поймала его ладонью и фантомно кинула мне. Это была наша традиция ещё со времён университета.
Я слабо кивнул ей в ответ на этот жест, прижал руку к груди и глубоко вздохнул.
— Дамы и господа, позвольте представить вам проект многофункционального комплекса, который в нашем бюро мы назвали «Вторая жизнь». Здесь предусмотрено более десяти отдельных блоков как для животных, так и для персонала. В одном здании мы постарались соединить ветлечебницу, зоогостиницу, питомник и тренировочный зал для четвероногих друзей.
Откашлявшись, я бросил взгляд на сотрудников фонда. Они внимательно смотрели на экран позади меня и даже делали какие-то пометки в своих блокнотах. Мне показалось это хорошим знаком и я воодушевился.
— Взглянем на чертежи, — я переключил слайд. На большом экране появились сканы проектной документации, над которой я корпел более полугода. — Мы провели геологические исследования и выяснили, что на месте будущей застройки почва рыхлая и склонна к осыпанию. Поэтому, согласно расчетам, нам нужна глубина залегания свай около 20 метров.