— Мне больно.
— Зачем? — только и спросил я, хотя ладонь разжал.
Меньше всего мне хотелось оставить Кире синяки. Как бы по-идиотски она ни поступала, сколько бы ни нарушала наши договорённости и ни выводила меня из себя — причинять ей боль никогда не входило в мои планы. Для подобного я был слишком хорошо воспитан.
— Не понимаю…
— Какого хрена ты запустила трансляцию во время моего выступления?! — заорал я, теряя самообладание. Ненавижу, когда Кира прикидывается дурой. Ей она точно никогда не была.
— Никита…
— Ты знаешь, как я к этому отношусь! — В порыве злости я выхватил из её рук смартфон и потряс им у неё перед носом. — Всё гонишься за количеством подписчиков? Сколько их там у тебя? Уже перевалило за двести тысяч?
— Да! — в тон мне ответила Кира и самодовольно улыбнулась. Меня аж дрожь пробрала. — Между прочим, эти двести тысяч неравнодушных человек поднимут твой проект в рейтинге Рахманова! Мог бы сказать спасибо!
— Иди ты нахрен со своими подписчиками! Мне в зале нужна была жена, а не блогер!
— И я была там! Пришла ради тебя! — Кира дунула на прядку волос, убирая её с лица.
— Ага, чтобы сделать контент, — зло бросил я в ответ и отступил. — Сколько ты уже не выкладывала посты о нас? Трудно поддерживать образ счастливой разведенки?
Внезапно мою щёку обожгло. Кира влепила мне пощёчину, совершенно не измеряя силы. Инстинктивно я прижал ладонь к ушибленному месту. Эта боль меня отрезвила.
— Эта трансляция была ради тебя, — сдавленным шепотом произнесла Кира, и я заметил, как по её лицу побежали слёзы. — Люди в комментариях стали писать о твоём проекте, они даже репостили твоё выступление к себе на странички. Я хотела помочь, потому что знаю, как этот проект для тебя важен. — Она всхлипнула и яростно стёрла влажные дорожки с щёк.
— Мне не нужна чужая поддержка, как ты не поймёшь! — прошипел я. — На мгновение, когда ты зашла в зал, я почувствовал, будто у меня за спиной выросли крылья. На той сцене с твоей верой в меня я был самым уверенным в себе мужчиной на этом чёртовом свете! Мне была важна ты! Только ты!
Кира ещё раз всхлипнула и привалилась бедром к перилам.
— Знаешь, у меня были надежды, что хотя бы здесь, вдали от дома, на роскошном курорте, мы действительно сможем притвориться, будто у нас всё хорошо. Я ошибался.
— Не смей, — проговорила Кира. — Не делай меня во всём виноватой! Ты сам за все последние дни ведёшь себя как…
— Как кто?
— Как черствый, мстительный сухарь! — выкрикнула Кира.
— Вот кем ты меня считаешь? — стало даже как-то обидно.
— А у меня был повод думать иначе? Ты либо язвишь, либо игнорируешь меня, ты никогда не принимал мои увлечения и не поддерживал меня в моих же проектах, ты всегда предпочитаешь уходить от проблем, чем признавать их и пытаться решать. Как удобно — просто обвинить в нашем разрыве мой блог и на белом коне уехать в закат!
— Может, если бы ты сняла розовые очки, то давно бы заметила, что я не Кен, а ты не Барби. И жизнь у нас настоящая, а не пластмассовая.
В ярости я бросил телефон ей под ноги. В этот момент меня совершенно не заботило, разобьется он или нет.
— Знаешь, с каждым новым скандалом я понимаю, что подать заявление на развод было единственным верным решением из всей нашей семейной жизни.
Я развернулся, не обращая внимания на Киру, и бегом поднялся на два этажа вверх и вышел в совершенно незнакомый коридор. Сейчас всё, о чём я желал, — сбежать подальше и никогда больше не видеть жену.
В таком эмоциональном состоянии я набрал сообщение Гоше:
«Приезжай. На оглашении результатов представлять нашу компанию будешь ты!».
Ответ пришёл на удивление быстро:
«Эй, Ник, погоди. Что случилось?»
Я погладил всё ещё горящую щёку и набрал:
«Мы с Кирой поругались. Ноги моей больше не будет в нашем номере»
Гоша долго что-то печатал, однако сообщение от него пришло довольно лаконичное:
«Когда вы умудрились поцапаться? Ты же только что закончил выступать»
Я возмущённо вздохнул.
«Сразу после. Откуда ты знаешь, когда закончилась презентация?»
На экране спустя секунду высветилось очевидное:
«Смотрел трансляцию. Ник, мы в топе по просмотрам. Ты шикарно отстрелялся. Люди теперь о нас говорят»
Только этого не хватало. Я присел на выступающий бортик у большого окна всё в том же пустом коридоре и упёрся затылком в холодное стекло.