— В моих воспоминаниях Никите помог Игорь Константинович, а ты, дружище, опять крайне вовремя подсуетился и оказался в центре событий.
— Ну и ну, вот, значит, что ты обо мне думаешь? — судя по тону, каким было это сказано, Гоша оскорбился. Только вот серьезно или в шутку — понять сложно. Я нехотя доедал омлет и расфокусированным взглядом смотрел поверх голов окружающих людей, почти не вслушиваясь в диалог друзей.
— Кир, ты уж извини, но у нас уже были кое-какие планы, — сказала Женька.
— У нас? — удивилась Кира и отставила стакан с соком.
— Да, у нас с Гошей.
— Даже знать не хочу, чем вы собрались заниматься, — она фыркнула.
— Эй, вредина, фантазии прибереги для угрюмого муженька. У нас с Евгенией исключительно деловой поход намечается, — откликнулся Гоша. Я посмотрел на друга и вздохнул. Его нескончаемая жизнерадостность слегка бесила.
— И мы уже опаздываем, — сказала Женька, пихнула Гошу в бок и суетливо поднялась из-за стола. — Не грустите без нас.
— Ага, — угрюмо согласилась Кира.
Какое-то время в тишине мы оба доедали завтрак. Я кожей ощущал напряжение, которое исходило от Киры, но соверешенно не знал, как сбавить градус накала между нами.
Пока я раздумывал, стоит ли попробовать еще извиниться за ту ссору после моей презентации и вдобавок попросить прощения за выходку с озером, ни с того ни с сего Кира обняла меня и звонко поцеловала в щеку. Я растерялся. Что на нее нашло?
— Дорогой, у меня есть идея. Давай сходим на смотровую площадку? — она растянула губы в улыбке и захлопала глазами в лучших традициях наивной мыльной оперы.
Я попытался оглянуться — должна же быть причина столь странного ее поведения, — но Кира не позволила. Она поймала мое лицо ладонями и законючила «Пойдем? Пойдем?». Я глупо кивнул. Кира по-детски обрадовалась, схватила меня за руку и повела прочь из столовой с такой скоростью, будто мы от кого-то убегали.
У самых дверей, мне все же удалось оглянуться. Из всех присутствующих в столовой на нас смотрел только один человек — Стас Колмогоров. Неужели из-за него Кира разыграла эту странную сцену?
Я раздумывал о случившемся всю дорогу, пока мы вместе с Кирой, уже не такой довольной, шли по заснеженной улочке. Нас окружали усыпанные снегом сосны и ели, вокруг не было ни души. Видимо, тропинка, ведущая к смотровой площадке, не пользовалась популярностью у постояльцев в десять утра.
— Ну и зачем все это? — не выдержал я и задал мучивший меня вопрос.
Кира демонстративно вынула из кармана куртки смартфон — новый, тот, что подарил ей я, — и уставилась в экран, полностью игнорируя мое присутствие. Мне стоило огромных сил удержаться и не отобрать у нее мобильник вновь.
— Может, поговорим? — попытался я во второй раз и остановился. Кира продолжила идти, но я поймал ее за локоть и остановил.
— Ты делаешь мне больно, — сказала она, хмурясь, но смартфон спрятала обратно в карман. Я разжал пальцы на ее руке.
— Уже который раз ты от меня убегаешь, — заметил я. — Рассказывай.
— Мне нечего…
— Вот не надо, Кира. Мы знакомы больше десяти лет, я прекрасно знаю все твои повадки. Так в чем дело? Что ты сделала?
На мое удивление, она виновато нахмурилась, обхватила себя руками, несмотря на объемную куртку, и, кивнув в сторону указателя «Смотровая площадка», медленно зашагала. Я последовал за ней.
— Слушай, если дело в моих словах после презентации или во вчерашней выходке в бане, то я прошу у тебя прощения, ладно? Соглашусь, что перегнул палку и повел себя не лучшим образом. Если теперь ты считаешь, что наши проекты, ради которых мы и притащились в этот отель, под угрозой, то могу тебя заверить — это не так.
— Откуда тебе знать? — спросила Кира, поглядев на меня.
— Так сказал Рахманов, — ответил я и пожал плечами. — Его зацепила твоя тревога за меня. Он сказал, что я, должно быть, счастлив быть женат на такой как ты.
Кира удивленно уставилась на меня.
— Что, прям так и сказал?
— Не дословно, конечно, но да. Суть была такой.
— Тогда всё еще хуже, чем я думала. — Она покачала головой и пнула комок снега ногой.
— Кира, я совсем ничего не понимаю, — сказал я, подходя ближе.
Она вздохнула, поправила шапку, сползающую на глаза, и тихо произнесла:
— Стас видел, как я обнималась с Орловым.
Мне показалось, что я на мгновение оглох и неправильно расслышал слова Киры. Поэтому глупо переспросил.
— Не смей меня осуждать, — сказала она, когда во второй раз повторила, что обнималась с Максимом Орловым.
— Осуждать? Ты кинулась на шею левому мужчине, да еще и на глазах у конкурентов? Ты вообще чем думала?