Не знаю, что на меня нашло, но я скомкал салфетку, что лежала передо мной, бросил ее в Гошу и поднялся из-за стола.
— Спасибо за кофе, — пробурчал я и задвинул стул с противным скрипом деревянных ножек о плитку. — Чтобы я еще хоть раз захотел с тобой поделиться мыслями…
Не прощаясь, я развернулся и быстрым шагом зашагал прочь из обеденного зала.
ГЛАВА 24 (Кира)
Я была абсолютно счастлива в этот момент. Несмотря на то, что все пошло не по плану: мы забыли о моей защите проекта, опоздали, а мой внешний вид был далек от собственного идеала — все прошло великолепно. Я знала, что выложилась на все сто, видела на лицах Рахмановых удовлетворение, а на лицах коллег легкую тень зависти.
После выступления мне пришлось во всех подробностях все рассказать Валерьевне, которая была постоянно на телефоне с Женькой и волновалась за меня не меньше подруги. В какой-то момент меня поймала жена Рахманова, и на целых полчаса мы задержались в зале, обсуждая мои идеи и их возможную реализацию. Женька исчезла, Никиту я не видела с самого окончания выступления, и, честно говоря, мне уже не терпелось вернуться к друзьям. Когда я наконец вышла из зала презентации, меня тут же снесла Женька, налетевшая словно ураган.
— Кира! Аааа! Кира! — пищала она, душа в своих объятиях. — Ты умница! Разнесла их всех! Видела бы ты лицо Стасика, оооо, это того стоило!
Я рассмеялась и также крепко обняла ее в ответ.
— Я не верю, что все прошло хорошо. Когда я вышла, мне казалось, я все слова забыла!
— Ты была великолепна! Валерьевна будет тобой гордиться. Еще и утерли нос этому снобу! — хохотала Женька, абсолютно искренне радуясь за меня.
Когда за нашими спинами замаячили ребята, Женька наконец выпустила меня из объятий, зато тут же подхватил Гоша.
— Кир, ну звезда! — он обнял меня и чуть приподнял над полом и закружил. — Это было шикарно! Будь моя воля, отдал бы тебе проект прямо тут.
— Спасибо, Гоша, — искренне улыбнулась я, обнимая его в ответ, чуть пошатнувшись, когда ноги вновь почувствовали твердый пол.
И только после того как он меня отпустил, я наконец смогла увидеть Никиту. Он стоял чуть в стороне, прислонившись плечом к колонне и посмеивался, позволяя друзьям вдоволь меня наобнимать.
Все мои мысли пустились в пляс, пока я смотрела на его улыбку. Внутри все перевернулось, и я бросилась к нему. Никита принял меня в свои объятия, прижал к себе, уткнулся в макушку и выдохнул в волосы:
— Ты моя умница.
Я всхлипнула от нахлынувших эмоций и прижалась к нему еще сильнее, хотя казалось, сильнее уже невозможно. Не могли же мы слиться друг с другом, а мне хотелось. Я подняла голову и поцеловала его, вкладывая в это касание все, что не решалась сказать вслух.
— Уууу, — где-то на заднем фоне присвистнул Гоша, судя по звуку, после этого Женька его шлепнула, и он лишь расхохотался в ответ.
Но все это не имело никакого значения. Я растворилась в этом поцелуе. Внутри бурлило так много эмоций, что мне казалось, я лопну, как воздушный шарик от переизбытка.
Но, к сожалению, воздух в легких быстро заканчивался, и пришлось отстраниться, чтобы сделать вдох и глупо улыбнуться. Никита усмехнулся и чмокнул меня в лоб, скользнув свободной рукой по щеке.
— Так, ребята. Идем! У нас есть план на этот день, нужно воспользоваться последними деньками в этом месте, — воскликнула Женька, нарушая нашу идиллию. — Кира, Никита, идем!
Они с Гошей не стали нас дожидаться и пошли к выходу. На полпути Гоша поймал ее ладонь, оставив на пальчиках скромный поцелуй, и потянул дальше, не отпуская ее руки.
Я опешила. Смотрела на их переплетенные пальцы в полном недоумении. Какого черта тут происходит? Никита рассмеялся, очевидно, выражение лица у меня было что надо.
— Что здесь происходит? — недоуменно воскликнула я.
— Новый год — время чудес и сюрпризов, — усмехнулся он и взял мою руку. — Идем!
Мы вышли на улицу вслед за ребятами, оставляя за закрытыми дверями гостиницы все проекты, проблемы и наши сложности. Здесь мы могли быть самими собой.
Это был прекрасный день. Мы с друзьями гуляли по ярмаркам, пили глинтвейн и хохотали от души. Все-таки поднялись на Розу Пик, наверное, благодаря тому, что я больше не вытаскивала руку из фуникулера ради фото, над чем Никита подшучивал всю дорогу. Мы играли в снежки, уплетали сладкие крендели в Олимпийской деревне, прокатились на гигантской горке на бубликах и сделали кучу дурацких фото, которые, впрочем, так и не появились на моем канале.
К вечеру уставшие, но довольные мы вернулись в отель.
— А теперь нам нужно собираться, — торжественно заявила Женька на пороге нашего с Никитой номера. И, забрав мое платье с вешалки, утащила в свой номер, чмокнув Гошу на прощание в щеку.