— Что? — раздраженно спросила я, обернувшись. Улыбка на ее лице мне сразу не понравилась.
— Ну ты, конечно, даешь, подруга, — изображая высшую степень возмущения, протянула Макарова. А потом переключила внимание на Никиту и с сочувствием пролепетала: — Никки, мне так жаль.
— О чем ты? — раздраженно спросила я, но Анита уже протягивала мне телефон, практически тыча им мне в лицо.
На экране красовалось мое фото. Я обнимаю Макса, положив голову ему на плечо, а он заботливо гладит меня по спине. На этом чертовом снимке все выглядело куда хуже, чем было на самом деле. Недвусмысленно и омерзительно. А красноречивый заголовок говорил сам за себя.
«Раскол в семье Верестовых. Одиночество не будет долгим. Известный пиар-менеджер Кира Верестова нашла утешение в объятиях не менее известного архитектора Максима Орлова…»
Дальше я уже не видела, маленькие буковки расплылись перед глазами, а в горле встал противный ком.
Это был конец моей репутации и моему имени. Новостной канал опубликовал свою жалкую статейку, прославив меня на немалую аудиторию. Это издание читали многие в нашей сфере, и то, что они опубликовали такую статью, вызывало вопросы, но не в этот момент.
Сейчас весь мой мир сузился до изображения на экране телефона. Я чувствовала, как в глазах собираются слезы, но неимоверным усилием заставила себя сдержаться.
Хрен там, я позволю себе расплакаться перед этой выскочкой.
Оттолкнув от себя ее руку, я зыркнула на нее так, что Макарова невольно сделала шаг назад.
Не говоря ни слова, я развернулась и направилась к выходу, протискиваясь через людей. Мне казалось, что смех вокруг летит мне вслед, адресованный только мне и моему глупому поступку с Максом. Как я могла так оплошать? Какая же я идиотка.
А Колмагоров?! Я была уверена, что этот белобрысый выскочка стоит за этим. Хотелось вмазать по его смазливой физиономии, сказать все, что о нем думаю! Но какой в этом был толк?
Когда-то один из преподавателей на последнем курсе университета сказал нам:
То, что было сказано однажды, напечатано, опубликовано, навсегда оставит след в памяти людей. Это не стереть и не удалить простым нажатием кнопки. Всегда помните о цифровом следе и последствиях, которые он может иметь.
Сейчас я его понимала как никогда.
Выскочив из зала, я бросилась по коридору. Мне хотелось оказаться как можно дальше от людей в той злополучной комнате. Взгляд Аниты все еще прожигал во мне дыру. Я могла ощущать его почти физически — зудящую рану посреди груди.
Коридор был служебным и вывел меня на застекленную террасу, заставленную всяким хламом. В этой части крыла был ремонт: куча мебели, сваленной по углам и укрытой белой тканью, шкафчики с инвентарем, слой пыли и запах свежей краски.
Я остановилась посреди этого хаоса и наконец смогла отдышаться. Сердце так громко бухало в груди, что заглушало все прочие звуки. Паника накатывала волнами, я чувствовала, что балансирую на грани истерики и из последних сил старалась держаться.
Эта ситуация словно отбросила меня на пятнадцать лет назад, и вот я снова стою посреди школьного коридора, а главная королева класса тычет в меня пальцем. Кругом смех, подколки и десятки глаз, которые смотрят только на меня.
Именно тогда я решила, что выберусь. Из этого окружения, из бедности и маленького города, что был для меня ловушкой. Я обязательно добьюсь всего, стану кем-то, получу свою идеальную жизнь, и больше ни одна королевна не сможет тыкать в меня пальцем, ведь я дочь алкоголиков, не ровня таким, как они…
Я судорожно вздохнула, с шумом втянув в себя воздух, и стала считать до десяти. Закрыла глаза, выбрасывая из головы образы тех, кто давно канул в прошлое. Мне нужно было успокоиться. Только холодный ум и трезвый взгляд могли помочь мне исправить все то, что я заварила. Сейчас у меня не было ни того, ни другого. Восемь, девять, деся…
— Кира!
Обернувшись, я застонала от бессилия. Только его мне сейчас не хватало. Орлов. Собственной персоной. Я сделала шаг назад.
— Кира, клянусь, я тут ни при чем. Я бы никогда так не поступил…
— Я знаю, Максим, знаю… — прервала его я слишком быстро и нервно. — Я бы даже не подумала, что это ты. Неважно… дай мне минутку, мне надо немного времени побыть одной…
— Кира, — теперь уже Орлов прервал меня и уверенно сделал несколько шагов в мою сторону.
Я попятилась. Сейчас находиться наедине с ним мне было некомфортно. Терраса вдруг показалась жутко тесной для нас двоих.
— Я хочу сказать тебе…
— Ма-а-а-акс… — предупреждающе протянула я, отступая назад. Словно мои слова могли повлиять на него. Каждой клеточкой тела я чувствовала опасность, понимала, что ничем хорошим это не кончится.