Машина издала странный звук, дернулась, заурчала и вновь слабо дернулась. Гоша громко выругался и свернул в сторону обочины.
— Что случилось? — воскликнула я, нервно вцепившись в край шубы. Несмотря на то, что водительский стаж у меня был уже почти пять лет, во всех этих штуковинах и поломках я была полный ноль и диким паникером, между прочим.
— Бензин… Бензин закончился, — зло прорычал Гоша и ударил по рулю.
— Но…
Я ожидала что угодно, но не это. Это был абсурд. Не мог же он взять машину с пустым баком, чтобы доехать до города. Ерунда. Я посмотрела на него в недоумении.
— Там было больше полбака! — воскликнул Гоша и всплеснул руками с досадой. — Видимо, датчик ерундит. Вот засада! Надо же было так лохануться.
Ситуация у нас была так себе. Снег не прекращался, машин на трассе почти не было, а перспектива замерзнуть посреди трассы была крайне реальной.
Гоша схватил телефон, быстро проверил связь, которой, впрочем, не было, и полез в карты. Я сидела молча, что было для меня не характерно. В кои-то веки у меня не было плана, а способность рационально мыслить куда-то делась. Мне было страшно.
Гоша быстро глянул на меня.
— Хорошо, что переоделась! — кивнув в сторону моих джинсов, сказал он. — До заправки километра два. Пошли.
— Пошли? — пискнула я.
— Есть идеи получше? — усмехнулся он.
Я покачала головой. Идти до заправки — это уже был какой-никакой план. Я заставила взять себя в руки. А то расклеилась как ребенок. Что же это со мной?
На улице было сильно холодно, но снег валил крупными липкими хлопьями, тут же оседая на одежде. Мы вышли на улицу и побрели вперед в сторону заправки. Идти было неудобно. Снег еще не почистили, обочины были как маленькие сугробы, угги скользили, и пару раз я чуть не грохнулась, наступив на ледяную корку под снегом.
Спустя минут пятнадцать стало холодно. Я поплотнее укуталась шарфом, пряча красный нос и обветрившиеся губы. Дикость и абсурдность ситуации убивали. Вечер. Пара дней до Нового года. А я шла по трассе хрен пойми где до заправки, которая тоже была хрен пойми где. Ни света огней, ни луны, никаких ориентиров. Только снег и свет фонарика, который я случайно нашла в бардачке.
Гоша шел за мной, страхуя и подгоняя, когда я начинала тормозить. Руки в тонких перчатках стали замерзать.
В какой-то момент я вновь встала на ледяную корку и подскользнулась. Гоша подстраховать меня не успел, и я со всей дури шмякнулась на задницу, подняв вокруг себя ворох снега.
— Ой, Кир, — Гоша бросился ко мне, но я лишь приподнялась, чтобы вернуть равновесие, и расхохоталась. Горько и немного истерично. Все происходящее казалось абсурдным. Ну разве могло такое произойти?
Гоша сел передо мной на корточки, стряхнул снег с моей шапки. В его глазах была тревога, видимо, он серьезно беспокоился за мое психологическое состояние.
— Кира, все будет хорошо. Осталось немного.
Я горько улыбнулась.
— Немного до чего? Заправки или моего нервного срыва?
— Моего, — хохотнул он в ответ.
Так и сидя в снегу, я потянулась к его ладони. Смешно шмыгнула носом и сказала:
— Гоша, спасибо тебе. Я не знаю, что бы делала здесь без тебя. — Мысль о том, что я могла оказаться в такой ситуации одна, вызывала у меня настоящий ужас. — Спасибо, что возишься со мной. Это очень важно для меня.
Гоша смутился. Сжал мою руку и поднялся, резким движением потянув за собой.
— Вставай, горемыка! Не хватало еще нам замерзнуть в сугробе. Представь завтрашние газеты. Это будет сенсация. Первая полоса точно наша! — мы дружно расхохотались.
Гоша принялся отряхивать мою шубу, на которой мокрыми комками висел снег.
— Нужно идти. Осталось-то ерунда, хватит сопли распускать. Заправимся и…
Договорить он не успел: из-за поворота показались огни подъезжающей машины, и они были на полном серьезе похожи на свет в конце тоннеля. Я испытала облегчение.
Когда наши силуэты осветились в свете фар, водитель резко затормозил.
А в следующее мгновение я лишилась дара речи.
Дверь открылась, и с водительского сиденья выскочил шокированный Никита. А за ним с другой стороны — не менее удивленная Женька в меховой шапке-ушанке.
— Кира… — голос Никиты заставил меня дрогнуть.
Я выпустила руку Гоши и бросилась к мужу так быстро, насколько это позволяли сделать мои окоченевшие ноги. Повисла на его шее и расплакалась. То ли от облегчения. То ли от того, что он всё-таки не улетел, что вернулся, или что мы к чертям не замерзли на этой дороге.
— Что здесь происходит? — прошептал Никита мне в волосы, прижимая к себе. — Как ты здесь оказалась?
Он обхватил мое лицо пальцами, заставляя посмотреть на себя. Прикосновение его пальцев обжигало, он был таким теплым и таким родным, что нервный всхлип сорвался с губ раньше любых слов.
— Я… Я… ехала к тебе…
— Ко мне… — глупо повторил Никита.
— Я… — в этот момент все слова выветрились из моей головы, я прокручивала предстоящий разговор в своей голове не один раз, готовила доводы, репетировала, но сейчас в мыслях было пусто. — Я люблю тебя. Всегда любила. Я не хочу развода, не хочу, чтобы ты уезжал. Мне не нужен никакой Макс, мне плевать на идиота Колмагорова, проект, спонсоров и Рахмановых. Плевать, если меня уволят, если вся наша тусовка отвернется от меня… Мне ничего не нужно, если тебя не будет рядом… Мне не нужен контент, не нужен канал… без тебя в этом нет смысла. Ты… Ты и есть моя идеальная картинка. Я этого не понимала. Я была… такая дура, — всхлипнула я. — Равнялась, пыталась прыгнуть куда-то… сама не зная куда. Думала… но нет… Ты… это единственное, что…
Я тараторила быстро и несколько бессвязно, то и дело шмыгая носом и всхлипывая, словно боялась, что Никита исчезнет и я не успею сказать все то, что было так важно.
— Тс… — прервал меня Никита, приложил палец к губам. — Не говори так.
В его взгляде сквозила нежность и тепло. Он мягко провел подушечкой пальцев по моим губам и улыбнулся.
— Ты мой дом. Ты моя жена, и я был полным идиотом, — он говорил тихо, и каждое его слово растекалось теплом по моим венам. — Ты выводишь меня из себя за секунды, ты постоянно споришь, думаешь, что знаешь все лучше всех и стремишься к идеалу в каждой гребаной мелочи. Но я люблю тебя. Со всеми твоими изъянами, со всей сумасбродностью… и дикой способностью влипать в самые дурацкие ситуации. Прости меня…
Никита резко замолчал. Я видела, как дернулся его кадык, и поняла, что эти слова даются ему куда сложнее, чем могло показаться на первый взгляд.
— Прости, что я забыл обо всем, что нас связывает. Что стал пытаться изменить тебя, сделать удобной и простой. Ведь в этом вся ты… и полюбил я тебя когда-то именно за это. За блеск в твоих глазах, живость и… — он запнулся. Чёрт, я знала, что признаваться в своих чувствах для него было сродни расстрелу. Он не умел, не любил и всячески избегал этого. — Я обещаю исправить все. Мы наломали дров, наделали ошибок и… сами возвели между нами бетонную стену. Но мы все исправим. Ведь без тебя… мне не нужен этот мир без тебя. Кир, понимаешь?
Он прижался лбом к моему и выдохнул последний вопрос. Я всхлипнула, даже не заметив, как начала плакать. И с каких пор я стала такой плаксивой. Меня разрывало от эмоций, от трепета в груди и гребанных бабочек в животе. Господи, да я уже и не помнила это чувство. Как же сильно я его люблю.
— Мы такие дураки… — прошептала я, целуя его в нос, в щеки, чувствуя колючую щетину и горячее дыхание на своем лице.
— Дураки, — согласился он. А потом обхватил мое лицо руками и спросил: — Кир, ты будешь моей женой.
Очевидно, на моем лице застыло крайне ошарашенное выражение, потому что, несмотря на серьезность во взгляде, Никита усмехнулся.
— Еще раз? — глупо спросила я.
— Уже по-другому, — тихо ответил он.
— Конечно, да, — заулыбалась я в ответ. Его пальцы мягко стерли соленые дорожки с моих щек. — Всегда да.
Его поцелуй растопил лед в моем сердце. Снег вокруг так и валил, фары машины едва ли освещали изгиб дороги. Женька счастливо улюлюкала за спиной. А я… я просто целовала своего мужа так, как, наверное, никогда не целовала.
— Эй, — внезапный незнакомый голос нарушил момент, заставив меня дернуться и обернуться.
Из машины высунулся грузный водитель в забавном свитере с мордой оленя.
— Я конэшно все понэмаю… но… мы ехать будэм? Время деньги!
— Будем! — усмехнувшись, крикнул Никита и, сжав мою ладонь, потянул к машине. — У нас есть одно незаконченное дело на сегодня!