Пиковая Дама могла строить из себя неприступную снежную королеву, но от подобного признания растеклась лужицей у ног мужчины. Вот так, да. Без цветов, без бриллиантов и пафосных слов ее взяли в плен.
К башне «Око» меня доставили со всеми удобствами, подвезли прямо к крыльцу.
— Я заберу тебя после работы, — заявил Арт, помогая выйти из салона внедорожника «Инфинити». Джентльмен, да. — Если вдруг освободишься пораньше — напиши.
— Хорошо, но насчет пораньше — едва ли. Я хочу побыстрее закончить с отчетом, а там еще конь не валялся.
Сказала про коня, а память подкинула переписку с Юлием. Мы странно встретились и странно разошлись, да. Не знаю, каким образом Михайлов уловил ход моих мыслей, но не глядя сразу попал в цель.
— Я надеюсь, Баженов правильно понял ситуацию, но, если вдруг… — Арт нахмурился, мгновенно перестав быть милым зайкой. — Если что — сразу скажи, я с ним разберусь. Не вздумай молчать, Инга. Ты меня поняла?
— Тёма, не надо, — пока рыцарь бряцал доспехами и проверял меч в ножнах, я умилялась. Боже, в кого превратилась Пиковая Дама? Что с нами делает любовь, девочки? — Уверена, что все будет хорошо.
— Очень на это надеюсь.
Легкий поцелуй, нежный взгляд. Кончики пальцев скользнули по моему лицу, коснулись волос. Кайф!
— Иди уже, пока я не передумал тебя отпускать, — Михайлов развернул меня в сторону крыльца и легонько подтолкнул в спину. — До встречи.
Трудно было уйти не оглядываясь. С чего я решила, что с возрастом переболела любовью, обрела иммунитет? Ничего подобного!
— Дорогая работа, я иду к тебе! — прошептала, поднимаясь по ступенькам. Да, сегодня мне требовалась дополнительная мотивация, чтобы смягчить расставание с любимым мужчиной.
День не бывает долгим, если заниматься своим делом. На это я и рассчитывала, но все с самого первого шага пошло не по плану.
— Инга Олеговна, Марк Денисович просил вас зайти, — перехватила меня по дороге в кабинет секретарь Баженова.
Ну надо так надо. В душе ничего не дрогнуло, не шелохнулось, а значит я приняла правильное решение. Марк для меня остался работодателем, знакомым, родственником Аурики Дигон, моей начальницы. На этом все.
Я чувствовала на спине внимательный взгляд секретаря, когда входила в обитель владельца «Титана», поэтому решила придерживаться официального стиля. Слухи и домыслы ни к чему.
— Марк Денисович…
— Входите, Инга Олеговна.
Тихо клацнул дверной замок, гарантируя конфиденциальность разговора. Вот теперь можно было расслабиться.
— Присаживайся, нам надо поговорить, — Марк кивнул в сторону гостевого кресла, сам сел напротив. Один быстрый взгляд, осознание момента, глубокий выдох, опустошивший легкие до самого дна.
Я понимала мужчину без слов. Мои сияющие глаза, припухшие от бесконечных поцелуев губы, легкий румянец на щеках — последствия ночи любви. Как говорится, все было написано у меня на лице.
Шаг сделан, Рубикон перейден, обратного пути не было. Баженов это понял. Он с силой растер шею, на миг прикрыл глаза, принимая новую меня и общую реальность, в которой наши два пути навсегда останутся параллельными.
— Инга, я хотел поговорить о вчерашних событиях
Я не сразу поняла, что речь шла именно о вечере, а не о ночи и не обо мне с Артемом. Память так хитро устроена: она могла с легкостью спрятать тяжелые воспоминания в дальнем темном углу, стереть ластиком, сделать их едва заметными.
— Да, я поняла. Удалось что-то узнать?
— Удалось. Та девица в больнице пришла в себя и дала дополнительные показания. То, что она рассказала вчера — правда от первого до последнего слова. Ее жених — Михаил Леонов — работал в холдинге Артемьева старшим менеджером. Его мать и правда оказалась больна раком, но врачи не давали никаких надежд — четвертая стадия не операбельна, и Израиль ей уже не поможет. Женщину выписали из больницы домой. На языке медиков это называется доживание.
— Черт! Неужели все так безнадежно⁈
— Инга, ты о чем⁈ Ты слышишь, что я говорю⁈ — повысил голос Баженов. — Надеюсь, ты не собиралась оправдывать сумасшедшую девчонку и ее действия? Она подговорила своего старшего брата, который работал в автомастерской. Парень подрезал тормозные шланги и повредил рулевое управление, когда машина стояла на парковке у дома. Ты едва не погибла! Шишка на лбу и легкое сотрясение — это везение чистой воды или работа твоего ангела-хранителя!
Он говорил о последствиях, а перед моими глазами стояла проблема. Я — детдомовка, прожившая всю жизнь без отца и матери, на миг поставила себя на место неизвестного Михаила и его невесты. Да, девчонка поступила глупо, ведь моя смерть не вернула бы жизнь дорогому человеку, но… я понимала их отчаяние, чувствовала боль. Если бы моя мама… я бы землю перевернула, чтобы… Но от смерти нет лекарства. Пропасть, в которую падали эти двое, была черна и страшна. Решение созрело моментально.