— Марк, я правильно понимаю, что полиция отложила это дело в долгий ящик, чтобы потом списать его в архив? Ты ведь не информировал их о том, что случилось, так? Девушку доставили в больницу с приступом эпилепсии, а подробности и причины произошедшего узнавали твои люди, а не полицейские?
— Правильно. Для полиции это обычное ДТП, что и было зафиксировано в протоколе. Документы в твою страховую я уже отправил, а испорченные тормоза и след от пули обнаружили при осмотре машины, когда мои люди загнали ее на подъемник. А в чем дело? Объясни подробнее, чего ты хочешь?
Сомнений не было. Ни капли. Может я дура, не знаю. Может быть позже мне аукнется эта бесхребетность и попустительство, но…
— Марк, я хочу, чтобы ты остановил расследование. Хватит. Все и так ясно. Ни Михаил, ни его девушка не должны пострадать, им и без того досталось.
— Но Инга, — Баженов на миг растерялся, — эта парочка совершила преступление. Ты могла погибнуть. Ты понимаешь, о чем говоришь?
— Прекрасно понимаю. Михаил уже наказан, ты сам это сказал. Я знаю хозяина холдинга, у которого он своровал деньги. Артемьев — крокодил, который никогда не отпустит свою жертву, а девчонка… Я понимаю ее желание отомстить за любимого мужчину, за смерть его матери, в которой я, по сути, не виновата, но в ее голове все запуталось, перемешалось. Эта глупышка действовала на эмоциях, Марк.
Баженов встал, нервно провел пальцами по волосам, а затем убрал руки в карманы брюк. Атмосфера накалялась. Не страшно, нам нужно было выговориться.
— Я правильно понимаю, что ты готова простить девчонку, из-за которой едва не разбилась насмерть, но не хочешь простить мою сестру?
Боже, о чем он говорил⁈ Казалось, у меня рот приоткрылся от изумления. Неужели он не чувствовал разницу? Все так просто…
— Ты правильно понял, Марк. Та девочка действовала на эмоциях. Да, глупо, да, бессмысленно, но она пыталась защитить любимого мужчину, а твоя сестра… Она хладнокровно и осознанно влезла в чужую семью, разрушила ее, чтобы получить моего мужа. Любовь? Помощь? — я тихо засмеялась, вспоминая мерзкую сцену в нашей спальне. — Твоя сестра действовала как сучка, как махровая эгоистка. И пусть ее поступки не угрожали моей жизни, но она поступила намного хуже, чем та девочка. Поэтому скажи своим людям, чтобы придержали информацию по машине. Если полиция захочет продолжить расследование — пусть занимаются этим сами, не нужно им помогать.
— Нету тела — нету дела, — процитировал Баженов известную присказку. Беспощадную, глупую и жестокую, но сейчас она играла мне на руку. — Для полиции это обычное ДТП.
— И славно. Мы оставим ситуацию на волю судьбы.
Я встала, расправила платье. Жизнь продолжалась, на все важные вопросы постепенно находились ответы.
— Тот, кто стрелял по машине, тоже может надеяться на твою благосклонность? — иронично приподнял бровь Марк. Его губы растянулись в улыбку, но она не затронула взгляд, который оставался спокойным и каким-то пустым.
— Нет. С этих я хочу спросить по полной программе.
— Как скажешь, Инга. Мои люди продолжат расследование.
— Спасибо. Если у тебя все, то я пойду к себе.
— Да, конечно. Не буду тебя задерживать.
Ну вот и поговорили. Все меньше белых пятен оставалось в истории с покушениями, и это радовало. Пришло время делать новый шаг вперед.
71
Жизнь постепенно возвращалась в нормальную колею. Уже не трясло на ухабах, не выбрасывало за борт на крутых поворотах, и это радовало.
Марк… Воспоминания о встрече, нашей единственной ночи любви царапали душу, но все, что ни делается — к лучшему.
— Хорошо, что я тогда не забеременела, а ведь могла бы…
— Что ты сказала? — откликнулась Кулакова, выныривая из цифрового омута отчета, массируя затекшие плечи. — Извини, я не услышала.
Вот черт! Я дернулась, осознав, что слова сорвались с языка. Разговор с Баженовым оставил после себя горькое послевкусие полыни и до сих пор крутился в моей голове.
— Не обращай внимания, это просто мысли вслух,
— А, ну ладно.
Галина вернулась к работе, а я все никак не могла сосредоточиться.
«Инга, приезжай к нам в гости после работы. Посидим, поболтаем. Я соскучилась.»
Алену Левину я в последний раз видела после возвращения из «Завидово», а это было… Боже, сейчас мне казалось, что это было в прошлой жизни! Так много всего случилось, а значит пришло время встретиться.