— Работаю потихоньку. Шесть лет назад переехал в Москву, купил квартиру, — словно подтверждая мои мысли, рассказывал он, устроившись на краю шезлонга, небрежно перебросив полотенце через плечо. — Просто живу. Все как у всех, Инга. А ты, я смотрю, замуж вышла? — быстрый взгляд обжег правую руку с обручальным кольцом, и я невольно дернулась. — Счастлива? Перестала быть Пиковой дамой? А кем стала?
— Кажется, я всю жизнь буду этой долбаной Пиковой дамой. Замужество меняет в женщине только фамилию, Арт, но не суть, — я, не краснея, врала и ему, и себе. Изначально легкий разговор ни о чем свернул не туда, резал по больному. — Ладно, мне домой пора. Спасибо что спас, только в следующий раз не надо меня выдергивать из глубины, ладно?
— Хорошо, больше не буду. В следующий раз покараулю, чтобы тебя не бросился спасать кто-нибудь другой…
Как всегда, Михайлов был непробиваем: если что решил, то непременно добивался своего. Восемь лет назад он уже достиг финансовой стабильности и независимости, открыл свою фирму, писал программы, разрабатывал новые компьютерные игры. Раз смог купить квартиру в столице, то наверняка его бизнес идет в гору. Артем принципиально не признавал кредиты и ипотеку, предпочитал обходиться теми средствами, что имелись в наличии.
— Инга, я тебя подвезу. Переодевайся, встречаемся у стойки администратора, — сказал–скомандовал красавчик.
— Спасибо, Арт, не надо. Я на… — остановилась на полуслове, вспомнив, что моя Сузуки в ремонте. — Вот черт!
— Угу, я так и понял, — довольно хмыкнул Михайлов. — Буду ждать. Постарайся не задерживаться.
Времени на сборы потребовалось немного, и уже через несколько минут я вышла из раздевалки с сумкой в руках, издалека наблюдая за тем, как юная девушка–администратор изо всех сил пыталась обратить на себя внимание моего знакомого. Артем лениво отмахивался от попыток заигрывания, игнорируя отчаяние, плескавшееся в девичьих глазах.
— Идем, Инга, — он протянул руку и выдернул легкую сумку из моих рук. — Отдыхай, я все сделаю.
Его машина — черный «лексус» — притаился под кронами старых лип, словно хищник в джунглях. Мигнули фары, тихо щелкнули открывшиеся замки, приветствуя хозяина.
— Прошу, — Артем дождался, пока я устроилась на пассажирском сиденье, закрыл дверь, обошел машину и сел за руль.
Они идеально друг другу подходили: элегантный седан с мощным движком, плавными линиями кузова и его хозяин, высокий, харизматичный, с красивым телом и таким количеством упрямства, что можно только позавидовать. Если перевести упрямство в лошадиные силы, то человек оказался бы намного мощнее автомобиля.
— Адрес?
— Ольховский проезд, восемь.
Навигатор быстро проложил маршрут к указанному адресу, мой взгляд зацепился за странную петлю, увеличивающую время в пути. Что за…?
— Авария, — моментально отозвался Артем, увеличив красную точку на экране и прочитав комментарии. — Пишут про прорыв на теплотрассе, будем объезжать. Там все дворы перекрыты шлагбаумами, так что придется сделать крюк.
Да, у нас с Михайловым было шапочное знакомство, но при этом существовала какая–то странная ментальная связь, позволяющая отвечать на непрозвучавшие ответы, понимать друг друга с полуслова, с первого взгляда.
Любовь? Чувства? Да ладно! Даже рядом не стояло, просто так… Случайность. Или везение…
5
Мы ехали молча. Радио, которое с самого начала тихо мурлыкало инструментальную музыку, Арт выключил. Да, я так хотела, но не просила, он это почувствовал. Сам.
Я готовилась ко встрече с мужем, собиралась с силами. Зашивала себя в броню, трещавшую по швам, открывающую постороннему взгляду уязвимую тонкую кожу, потрескавшуюся, почти кровоточащую от увиденной сцены. Слишком остро, почти на грани…
— Дай свой телефон.
Не знаю, почему, но я без спора и без вопросов разблокировала гаджет, вложила в широкую мужскую руку. Пока мы стояли на светофоре, Арт набрал нужные цифры и нажал зеленую кнопку. На дисплее мультимедийной системы, сопряженной с его телефоном, высветился мой номер.
— Теперь у тебя есть мой контакт, Инга. Если что — сразу звони.
— Все в порядке, Артем, но за предложение спасибо, — я открыла карточку абонента и присвоила ему имя «Летучий Голландец».
— Вижу я твой порядок, Инга. Спрашивать ничего не буду: знаю, что ты не любишь жаловаться, — Михайлов улыбнулся уголками губ, но взгляд зеленых глаз оставался все таким же напряженным. — Ты можешь дурить голову посторонним, но себя не обманешь, — он на миг задумался и продолжил, — и меня тоже. Женщина должна быть счастливой, а не сильной, даже если она — Пиковая Дама.