Хорошее жизненное кредо, мне нравилось, но сейчас я жила в другой реальности. Она — чан с концентрированной кислотой, состоящей из ревности, обид и подозрений. Эта жуткая смесь растворяет любые ткани, разрушает самые твердые структуры. Я зависла над этим чаном, а сука судьба, хищно скалясь, нажала красную кнопку. С каждым мгновением я все ближе к дымящейся поверхности… Терминатор, бл*дь.
— Мы на месте, Инга. Какой подъезд? Открывай шлагбаум.
Лексус Михайлова замер перед бело-красной полосатой палкой, а я и не заметила, как прошло время.
— Не нужно заезжать, Арт. Во дворе тесно, развернуться будет неудобно. Я сама дойду…
— Как скажешь, — мужчина вышел из машины, открыл мою дверь и подал руку, помогая выбраться из салона.
Я не спешила: на гильотину никто не торопится. Перед смертью не надышишься, но этот путь за меня никто не пройдет.
— Спасибо тебе.
От Артема пахло морем и сандалом, его слегка влажные волосы падали на лоб волнистыми прядями. Откуда ты взялся, Летучий Голландец? Почему появился именно сегодня?
— Держись, Инга. Если станет совсем хреново или понадобится жилетка — звони, помогу.
Вот так просто и ясно. Я кивнула, ощутив на виске легкий дружеский поцелуй, и сделала шаг в сторону дома. Пора выпускать на сцену Пиковую Даму: в предстоящей мясорубке душ и сердец Инга Луговая не имела шансов на выживание.
Черный седан осторожно развернулся и исчез за углом, на экране моего телефона пульсировала красная точка: муж был дома. Пару лет назад мы подключили геолокацию, чтобы не терять друг друга в этом огромном мире, и сейчас я точно знала, что меня ждут.
It’s the final countdown — звучало в голове. Три, два, один.
— Инга, — он встретил меня в прихожей. В нашей семье сложилась традиция — слышишь, как открывается входная дверь — выходишь встречать. Глеб потянулся с поцелуем, но я внезапно нагнулась, чтобы положить сумку, и его губы мазнули по моей щеке. — Ты сегодня задержалась. Все в порядке?
— Да, все нормально. Объезжали аварию, пришлось сделать крюк, — обошла мужа и скрылась в ванной, договаривая на ходу. Сердце билось о ребра, как птица о прутья клетки, грозя разлететься в ошметки. Нужно было сохранять лицо и взять эмоции под контроль, поэтому я позорно сбежала.
Сейчас, когда я увидела мужа, его спокойный взгляд, расслабленную позу, мозг кипел и взрывался. Одно из двух: или встреча с Магдаленой была обычной, ничего не значащей, — но интуиция визжала, напоминая про их прикосновения и улыбки — или Глеб — талантливый актер.
Стиральная машина гоняла в барабане купальник и полотенце, а я пристроилась на краю ванны и плескала в лицо водой, морально готовясь к общению. Выйти, чтобы увидеть и заговорить с тем, кто — возможно — мне уже изменил. Хватит быть маленькой девочкой и прятаться в домике!
Глеб сидел в гостиной, на экране телевизора мелькали кадры новостей, диктор вещал про политическую обстановку в мире. Обычный вечер. Все, как всегда, но не для меня.
— Иди ко мне, — он привычно хлопнул по дивану рядом и отработанным жестом откинул руку на спинку. Еще вчера я прижалась бы к боку мужа, ощутила на своем плече горячую крепкую ладонь, но сегодня все было иначе, поэтому я устроилась в кресле. Эти перемены не прошли мимо его внимания. Темная бровь подскочила в удивлении.
— Инга, что случилось? Почему ты села так далеко? У тебя глаза красные, ты случайно не заболела?
Я зубами вцепилась в предложенную версию, которая все отлично объясняла и давала фору на дальнейшие действия. Понятно, что пока было бессмысленно предъявлять обвинения и требовать объяснений: доказательств не было, а встреча с брюнеткой в нашем ресторане… Все может быть. Например, столкнулся со старой знакомой при выходе из офиса, решили посидеть за чашечкой кофе, вспомнить прошлое. Глеб отмахнется от пустых подозрений, скажет, что мне все показалось, а та встреча в ресторане — пустяк. Но я — Пиковая Дама, и я умею ждать.
— Пока сама не пойму, что происходит. Температуры вроде нет, а глаза воспаленные, потому что в бассейне сегодня не пожалели химии, — я шмыгнула носом, имитируя легкую простуду и зажмурилась. — Вообще, у нас в офисе двое уже на больничный ушли: то ли вирус какой ходит, то ли по кондиционером простыли, поэтому на всякий случай я посижу тут. Не хочу тебя заразить. Сам говорил — на работе важный контракт…
6
Я говорила, а у самой перед глазами стоял кадр «подписания» контракта: ее пальцы в его руке. Больно… Сердце щемило, слезы поднимались из глубины, но нельзя выпускать их на волю, раскрывать свое состояние. Держаться! Соберись, тряпка!