- Из старого состава я возьму только секретаря. Секретарь – это очень важно. Понимаешь?
Я понимала. Я умная жена. Мы учились с ним в одном вузе и на одной специальности. Я до сих пор помогаю рассортировать документы и по мелочи кое-что сверить. Иными словами – понимаю. И сейчас я детей уложила. Пошла в кабинет, взяла телефон, настроила обмен данными…
Странно вместо дока был видео файл. Я хотела удалить – видимо прислали по ошибке.
Евпатий Коловрат и все его коловратята! Я и забыла, как красиво смотрится мой муж…со спущенными штанами. Какие слова он умеет говорить: звездочка моя, девочка моя!
Мои пальцы замерли над экраном телефона. Хотела удалить, а смотрела, не отрываясь. Он! Не зря говорят – никогда не открывать телефон мужа. Вот почему нельзя открывать. Умру я сейчас от боли и обиды. Сердце колотилось, как бешеное, кровь стучала в висках. Звездочка моя… девочка моя… Эти слова он говорил мне когда-то. Теперь говорит другой. Он целует ее, как когда-то целовал меня, смотрит на нее с тем же обожанием. И это не я. Это не моя спина изгибается в сладострастной неге под его руками. Не мои волосы рассыпаны по подушке. Не моя грудь вздымается в такт его дыханию.
Захлопнула телефон. Как будто обожглась. Он изменил мне. Мой муж, моя любовь, моя жизнь, мой герой… изменил.
Земля ушла из-под ног, в голове – пустота. В ушах – звон, перед глазами – пляшущие черные точки. Не может быть. Это ошибка. Это монтаж. Это сон. Но видео было слишком реальным, слишком жестоким, чтобы быть ложью....
Да и ещё пятно на попе. Его это пятно.
А зачем он мне дал телефон. Всегда же давал. Никогда не прятал. Всегда – возьми, скачай, доделай, распечатай документ. Отредактируй. Шутка? Розыгрыш? Нет. Голос его. С бархатной (чтоб она!) хрипотцой!
Тихо вышла из кабинета. По привычке охранять и защищать своих ангелят, старалась не шуметь, чтобы не разбудить. Прошла в спальню. Смотреть на него не могу – больно. Как на кого? На гада своего, льва, блин! Шкаф-купе открылся легко, взяла с нижней полки "командировочную" сумку мужа, бросила туда первое, что попалось под руку: кофту, джинсы, зубную щетку в упаковке. Вышла из квартиры. Вышла? Вылетела, но на цыпочках.
Куда, собственно, идти? Не знаю. Просто шла по ночной улице, глотая слезы и пытаясь осознать, что моя жизнь, такая счастливая и безоблачная, рухнула в одно мгновение.
А еще сумка неудобная. Такую не на плече несут, а в машине везут. Но машина на подземной парковке. Ключи от машины дома. Домой не могу.
Разум орал в ухо: «Куда, ненормальная?! У тебя двое детей! Рубашка не поглажена! Носки не выстираны, еда не приготовлена! Все станут – где завтрак? Отчет не распечатала. А да! Не было отчета. Было видео вместо отчета. А-а. У-у. Одумайся, мать, и шуруй обратно, пока не хватились!». Но душа, разбитая вдребезги, гнала подальше от него...
Ветер трепал отсыревшие на ночном воздухе волосы, слезы жгли щеки. Как они ухитряются маленькие такие, но едкие, заразы. Остановилась на углу, у старого кирпичного дома. В полумраке увидела темную фигуру. Цыганка. В цветастой юбке, с платком на голове. Посмотрела мне прямо в глаза и проговорила.
- Беда у тебя, дочка. Большая беда. Дай погадаю, скажу, что ждет тебя впереди!
Цыганок мне только не хватало! Я от нее отмахнулась. Но она настойчивая такая, зачастила.
- Вижу клятвы давали. Но не сдержали. Обидел. А ты обиделась. Ой, девочка моя!
Ага, еще одна нашлась – девочка моя! Щаз! Ах все мои слезы назад и вкатились. Еще звездочка скажи! А она дальше частит:
- Звездочка…
Ой не выдержу. Лопнет мое сердце!
- Звездочка ваша заботится о вас всё ещё. Обещали же клялись!
И я как закричу.
- Развод! Развод!
Хотела еще раз крикнуть, но поперхнулась.
- Иди, девочка домой. Иди, моя хорошая. Жизнь всё и уладит....
Ангелина Лебедева