Он открывает рот, чтобы сказать ещё что-то, но взбешённая Лиза перегибается через меня на моих руках и принимается лупить своего папочку, шипя, как яростный котёнок.
– Уходи папа! Ты плохой! Я всё расскажу бабушке Тае!
– Завтра поговорим! – Шипит мне муж, и, наконец, уходит. Мы захлопываем за ним дверь.
– Папу надо наказать, – сквозь слёзы говорит мне Лизка. – Я его больше не люблю!
Я утешаю свою дочь, думая, как же низко пал Артур.
Глава 11
Мне стоило больших усилий уложить Лизу спать после такого эмоционального перевозбуждения. Потребовался и тёплый какао, и долгие почесушки по спинке, и сказка про Розочку и Беляночку, чтобы она, наконец, успокоилась.
Я думаю о том, почему жизнь вывернула в эту сторону. Неужели моя неопытность так тяготила Артура? Почему он не захотел вместе со мной исследовать границы моей женственности? Неужели для того, чтобы почувствовать себя настоящим мужчиной ему нужна была любовница?
Вспоминаю Катерину, пролезшую в нашей постель. Она, конечно, производит впечатление женщины, твёрдо знающей, где её место в этой жизни. Иссиня-чёрные волосы, пухлые, явно после каких-то косметических манипуляций губы, хищный взгляд, фигура секс-бомбы. Наташа жаловалась, что она заигрывала со всеми нашими партнёрами, ставя под сомнение профессионализм редакции своим поведением, но ничего поделать с этим не могла – Артур уверял, что это никак не мешает ей выполнять свою работу.
С ней мы общались лишь однажды, когда я передавала дела на время родов и декретного отпуска. Я чувствовала её неискренность. Слишком восторженно она охала, когда я делилась с ней идеями, улыбалась во все тридцать два отбелённых зуба и всё пыталась потрогать мой тогда беременный живот. Я постаралась поскорее отдать ей рабочие контакты, показала, где мои наработки на следующие выпуски и пообещала, что вернусь на своё место после декретного отпуска. Катерина поспешила меня заверить в своей абсолютной готовности.
– Конечно, Тонечка, это твоя работа, ты только свистни, и я тут же тебе его освобожу.
Уверена, она уже тогда задумала захватить его себе навсегда!
В субботу мы с Лизой проснулись гораздо позже обычного. Я замешиваю нам с ней блинчики, с тревогой ожидая, что Илья заявится на завтрак, но он так и не появляется. Не слышно звуков ремонта, вообще ничего не слышно, будто его и нет дома.
Вдвоём с дочкой ходим в магазин за продуктами, изучаем близлежащие детские площадки, решаем, что ещё в нашем жилье нуждается в улучшении. Эту квартиру я обставляла попросту – удобные, но только самые необходимые вещи. Теперь, конечно, нам нужен уют, соответствующий нашему с ней изысканному вкусу.
Снова наведываемся в хозяйственный супермаркет и подбираем дочке в спальню красивый коврик пастельных оттенков, стёганое покрывало, новые занавески.
Денег на счету всё меньше. Надо поскорее разместить объявления с моими нарядами на сайте и может быть, продать какие-то из украшений. А с учётом того, что теперь я должна кормить ужином Илью, в моём списке расходов увеличивается статья с продуктами – с таким аппетитом как у него мяса нужно брать побольше.
В субботу и воскресенье он так и не появился у нас. Хотя я слышала ночью, как лифт останавливался на его этаже и хлопала входная дверь.
В понедельник отвожу Лизку в сад и с замирающим сердцем отправляюсь на свою первую после такого долгого перерыва редакционную планёрку.
Главред представляет меня коллективу, назвав просто по имени, и объявляет, что я теперь буду вести новую рубрику. Все сдержанно здороваются, кто-то просто кивает. В основном все сидят за своими столами, но мне и ещё нескольким ребятам, работающим в других кабинетах, приносят дополнительные стулья.
В целом всё происходит так же, как и в моей старой редакции. Кого-то ругают за задержку с материалом, кто-то генерит идеи для новых статей. Здешний редактор по моде рассказывает о текущих статусах съёмок, давая им кодовые названия. Если не знать специфики работы, можно подумать о чём-то плохом.
– На прошлой неделе мы снимали трусы, сегодня едем добирать аксессуары, а завтра доделываем историю с бушлатами.
При некотором соображении я понимаю, что трусы никто с себя не снимал, а только фотографировал подборку, для рубрики с аксессуарами не хватило вещей и в новом номере будет целый раздел, посвящённый курткам-бушлатам.
Зато для обнажённой фотосессии девушки действительно фотографировались полуголыми и сейчас редакторы будничным тоном решают, давать ли грудь модели анфас или всё же вполоборота.