- Я устала, пойду домой, - протягивает руку к дверной ручке, но я ещё не снял автоблокировку дверей, и она не может выйти. – Пусти, ты обещал…
Припоминает мне мои же слова из последних сил, стараясь не расплакаться, а меня всего корёжит.
- Хорошо, я не буду тебя удерживать, но только при одном условии, - внимательно смотрю за реакцией и вижу тень испуга. – Ты разрешишь мне проводить тебя до дверей квартиры.
Кивает.
Выходим из машины и поднимаемся на второй этаж. Катя шепчет «пока» и взглядом показывает, что мне пора.
Хочу уйти, но не могу. Делаю шаг к ней и сгребаю в охапку, прижимая лицом к своей груди. По намокшей рубашке понимаю, что она плачет. Катя, не надо, пожалуйста, я этого не выдержу.
Поднимаю её лицо за подбородок и стираю мокрые дорожки на щеках. Хочу поцеловать, но она вырывается и начинает поспешно открывать дверь. Стою, растерянно глядя на захлопнутую дверь. Не удержал.
глава 29
Всю ночь я крутилась с боку на бок не в силах уснуть. Мысли о том, что я поспешила, и теперь выгляжу настоящей дурой, преследовали меня, не давая расслабиться. Ну не может человек, которому ясно дали понять о разрыве, продолжать настаивать на отношениях. Значит он недостаточно ясно донёс ей эту мысль, значит что-то умолчал, неумышленно или намеренно неизвестно. Одно точно, просто так бы она не пришла. Возможно, любит…
Воспоминания и нежных губах Вадима перемежались с диким визгом Нэлли и её рыданиями и преследовали в рваных снах, лишь под утро меня вырубило, и я смогла хоть немного отдохнуть.
Завтракать я встала, когда на часах было уже почти двенадцать дня. Накинув халат на пижаму, потопала босыми ногами по линолеуму на кухню, где меня ждал неожиданный сюрприз. Прямо посреди стола стоял горшок с карликовыми розами ярко-алого цвета.
Я поставила чайник и услышала по коридору шаркающие шаги бабушки Вали.
- Видишь, какую красоту тебе прислали? Поди жениха нашла? Я уж тебя будить не стала, мальчику бланк подписала и на кухне поставила. Красивые, - бабуля нагнулась над цветами и втянула на вдохе их нежный запах.
Я молчала, задумчиво сидя на табуретке. Конечно же я догадалась от кого эти цветы, больше присылать их не кому, только вот зачем он их прислал.
- Там, кстати карточка есть, в глубине, я заметила, - словно услышав мой немой вопрос, ответила баба Валя. – Ты не думай, я не читала, не мне же, не имею привычки читать чужие письма, - сразу же открестилась она, когда вопросительно на неё взглянула.
Я не спешила, цветы стоят, карточка есть, никуда от меня не убегут.
Встала с табуретки, налила себе кофе покрепче, взяла печенье из шкафчика и снова вернулась за стол.
- Неужели не прочитаешь? - похоже, хозяйка квартиры любопытная, и не успокоится, пока я не прочитаю послание.
- Конечно, прочитаю, - успокоила я старушку и потянулась вглубь горшка за картонной открыткой, закреплённой у основания стеблей.
Поцарапав руку о шипы, я всё-таки достала, то зачем лезла и раскрыла сложенный картон.
«Давай начнём всё с начала. Вадим»
Ниже был написан его мобильный номер и просьба «позвони мне».
Я вздохнула, а баба Валя с жадностью ждала от меня объяснений:
- От жениха? – хитро спросила она.
- Нет, просто от друга, - опровергла я её догадку, но бабушку трудно было переубедить.
- Нет, Катюш, друзья розы такого цвета не дарят, это явно от поклонника, что он тебе написал? Любит поди? Встречи ждёт?
Я возмущённо посмотрела на хозяйку квартиры, и та быстро подняла руки вверх в успокаивающем жесте:
- Всё-всё-всё, молчу, ваше дело молодое, сами разберётесь, я не лезу.
Смотря на неё, я чувствовала, как хочется старушке всё узнать. Не знаю, что меня толкнуло, но я рассказала. Про свои страхи, про долгие ухаживания, про последнее свидание, и про то, как в дом влетела его бывшая. Опустила лишь то, что до сих пор будоражило свежестью воспоминаний и заставляло сердце ускорять свой ритм, не стоило ей знать про наши поцелуи.
Баба Валя нахмурилась, посмотрела на меня и покачала головой.
- Нет, это не правильно, не по-человечески, - приняла бабушка мою сторону, и я ещё сильнее укрепилась в своём решении не торопить события. - Но ты не расстраивайся, время всё по своим местам расставит. Видишь, букет прислал, значит неравнодушен. Что написал-то, если не секрет?
Я молча протянула бабушке карточку. Она спустила со лба на нос очки, быстро прочитала и вернула мне сложенный картонный лист.
- Как думаете? Позвонить? – больше мне здесь спрашивать было некого, подруги и родители далеко.