– Только пикни, я полицию не боюсь, а у тебя ещё может зуб нечаянно вылететь.
Он говорил на полном серьёзе, я это знала, если у него хватило совести разбить мне скулу, то и остальное он сделает, уже не остановить. Закончив с пуговицами, он распахнул полы рубашки, вытащив их из форменного фартука и полез к бюстгальтеру.
Я начала отчаянно вертеться из стороны в сторону, мыча и глотая слёзы, получать ещё раз кулаком в лицо не хотелось, но и отдаваться ему прямо здесь и сейчас было просто ужасно. Надо потянуть время, как-то его заговорить.
Коля по-хозяйски достал мою грудь из кружевных чашечек и поочередно сдавил сначала одну, потом вторую, всей пятерней.
– Коль, если тебе так принципиально со мной переспать, может лучше у меня дома, я квартиру снимаю, смена закончится и можно идти, там никто не помешает, - конечно же я не хотела его тащить в квартиру к бабушке Вале, но надеялась, что до конца рабочего дня смогу найти защиту.
– Ага, сейчас, ты что, думаешь, что я совсем дурак? Тебя только выпусти сейчас, потом снова искать придётся. Нет, больше ты меня не проведёшь.
Я уже видела в его глазах знакомую проволоку от страсти, он хотел меня, может сделать вид, что я поддаюсь, он ослабит хватку и я смогу вырваться.
Видимо он такой шаг тоже предвидел, поэтому резко перевернул меня на живот, прижав пораненой щекой к полу, и начал задирать юбку.
Коля тяжело дышал, полностью сосредоточенный на своих действиях, он говорил грязные словечки, видимо испытывая от этого отдельный кайф, бесстыдно лапал меня и наслаждался своей безнаказанностью.
Он уже практически лежал на мне, спустив свои брюки и направляя свой орган в нужное место, когда в двери послышался звук открывающегося замка.
– Помогите! - громко закричала я с пола, но мой рот тут же зажали пятерней.
Я напряглась, открыла рот, прихватила зубами кожу у основания пальцев и укусила, силу я не рассчитывала, челюсти сжала как надо.
– Ах ты…
Дальше я услышала отборный мат в свой адрес, Коля вскочил на ноги, и сильный удар ногой прилетел мне в правое бедро, одновременно громкий голос Ларисы Ивановны зазвенел в ушах:
– Катя, ты что здесь устроила!
Коля невозмутимо двинулся к дверям магазина, на ходу застегивая штаны и специально толкая плечом оторопевшую от такой картины хозяйку магазина.
– Я всё равно тебя достану! - кинул он мне перед выходом и звякнул колокольчиком, открывая дверь на улицу.
Я спешно поднималась на ноги, пытаясь одновременно привести себя в должный вид.
– Катя, это кто? - строгим голосом вопрошала Лариса Ивановна, но увидев мою щёку тут же смягчилась. - Да, что здесь произошло то? Он тебя пытался изнасиловать? Это покупатель? Почему ты закрыла магазин?
Вопросов было много, но отвечать на них я не могла. Стресс отпускал, накатывали слёзы, дыхание сбивалось,и я, побежала в туалет, чтобы не рыдать в торговом зале.
Лариса Ивановна дала мне несколько минут на то, чтобы успокоиться, а потом тактично постучала в дверь.
– Ты в порядке? - спросила она. - Катя, я попросила мужа приехать и отвезти тебя в приемный покой, полицию будем вызывать? Катерина? Это должна решить ты, будешь заявлять?
Я ещё раз плеснула в лицо холодной водой и прижала бумажное полотенце к щеке.
– Нет смысла их вызывать, его всё равно отмажут, - вышла я из туалета.
– Ты хочешь оставить это безнаказанным? - удивлённо округлила глаза моя работодатель.
– Нет, конечно, просто полицией его не испугаешь, у него там родственник, именно поэтому он такой бесстрашный.
– Ты знаешь этого мужчину, он твой знакомый? - ещё подозрительнее посмотрела на меня Лариса.
– Это мой муж, - ответила я.
глава 32
- Муж? – Лариса Ивановна распахнула глаза от такого заявления. – Катя, мне не послышалось? Это твой муж?
Она видимо была готова услышать всё, что угодно, но только не это. Открывая и закрывая рот от возмущения, хозяйка магазина не находила слов, чтобы выразить то, что бушевало у неё внутри.
- Как ты его выбирала? И что, он часто тебя так? С головой у этого парня всё нормально?
- Простите меня, я не ожидала, что он сюда заявится, можно я сегодня домой пойду, я до завтра приведу себя в порядок и выйду на смену, - опустив голову, лепетала я, сгорая от стыда.
- Об этом не может быть даже и речи, я тебе неделю даю на восстановление, и в приёмный покой все же съезди, Захар тебя отвезёт, пусть зафиксируют побои, я если что свидетелем пойду, да и камеры у нас работают, запись предоставим куда надо.