Почему он ничего не сказал? Не хочет, чтобы я пошла с ним?
Я бы с удовольствием. Мы бы попросили мою маму посидеть с Дашей, а сами пошли бы.
Мы так давно никуда не выбирались вдвоем.
– Ты чего молчишь? – раздался голос Наташи, вырывая меня из мыслей.
– Ой, Наташ, я отвлеклась. У меня Дашулька глазурью перемазалась, надо идти умываться, – соврала я, не желая больше разговаривать.
– А, да? Хорошо. Ну, с наступающими праздниками тебя, увидимся.
– Давай, пока, – я сбросила вызов и, отложив мешок, встала и подошла к окну.
Ну, не захотел брать меня с собой, ничего страшного. Возможно, он хочет пообщаться с высшим начальством, найти общие темы, войти в доверие, чтобы продвинуться дальше. А я ему только помешаю в этом.
Но сказать-то мог…
Дима вернулся за полночь. Он тихо открыл дверь, будто желая остаться незамеченным, но его шаги все равно прорезали тишину в спящей квартире.
Где он был?
Почему так поздно?
И телефон выключил.
Я волновалась.
Рабочий день заканчивается в семь! Можно опоздать, если дел много, но не настолько же.
Шаги стали приближаться, и в дверном проеме кухни появился муж.
– Господи, напугала, – он включил основной свет, когда мне достаточно было лампы от вытяжки. – Опять жрешь?
Бутерброд замер у открытого рта.
– Не жру, а ем, – постаралась ответить спокойно, хотя внутри вскипела волна негодования от грубых слов.
Он лишь покачал головой и протянул:
– Есть на ночь вредно, – и снова оглядел меня так же, как и утром, но теперь я почувствовала в его взгляде разочарование. – Я спать, – ответил Дима, устало развязывая узел галстука. – Мне рано вставать.
– Почему ты так поздно вернулся? – спросила я, не желая отпускать мужа.
– Я теперь начальник, – усмехнулся он, слегка обернувшись. – И у меня много работы.
Будто назло ему, я поднялась со стула и, откусив бутерброд, задала волнующий меня вопрос.
– Почему не сказал, что на праздничный вечер у тебя пригласительное на двоих?
Он приподнял брови.
– А зачем? – посмотрел на меня с таким выражением, будто я только что задала самый нелепый вопрос.
– Я бы хотела пойти с тобой.
Дима выдержал небольшую паузу, а потом ответил то, что разбило мое сердце:
– Для этого тебе сначала надо похудеть, а то для тебя одной два билета требуется.
Слова застряли в горле. Я проморгалась, не веря своим ушам.
– Да как ты смеешь? – сказала, заикаясь, чувствуя, как немеют ноги.
– Я устал намекать. Ты запустила себя. Разжирела после родов как поросенок, – его будто прорвало. – Представляю, что было бы с тобой, если бы еще второго родила, в дверь бы не пролезла. Если не похудеешь, нам придется расстаться.
– Ты в своем уме? Что ты говоришь? – прошептала я.
– Правду. И кстати, на вечер я иду со спутницей. Это не измена. Пока. Но для тебя сигнал, что ты можешь потерять меня…
Глава 4
Глава 4
Мария
В эту ночь мы впервые спали раздельно. Я легла на диване в детской, а Дима не соизволил прийти ко мне, извиниться за свои слова и вернуть в нашу постель.
Не могу поверить, что он просто взял и сказал все эти ужасные слова. Ему стыдно за то, как я выгляжу. Ему стыдно за свою супругу. Да так, что на празднике его будет сопровождать другая.
Получается, мой внешний вид давно его не устраивает, только он помалкивал, а теперь, почувствовав себя большим и успешным начальником, решил высказаться, не беря в голову то, что он ранит меня своими жестокими словами…
Я уснула только под утро, с твердым решением, что пусть катится ко всем чертям. Не устраиваю, пожалуйста. Я не буду жить с человеком, который не уважает меня, унижает и нашел замену. Пусть собирает чемодан и проваливает из моей квартиры.
Зарплата теперь у него хорошая, может позволить себе снять жилье. А мы с дочкой будем вдвоем.
Как бы трудно мне ни было отпускать любимого человека, но себя я люблю больше. И не позволю вытирать об меня ноги…
Я проснулась от запаха горелых яиц и надев халат, поторопилась на кухню, застав там Диму с дымящейся сковородкой в руках.
– Ты же на диете? – недовольно проговорила я, открывая форточку.
– Маш, – рука легла мне на спину. – Я вчера лишнего сказал. Прости меня.
Я сбросила его руку и, забрав сковороду, выбросила содержимое в урну.
– Чемоданы знаешь где. Раз я тебе не пара, дверь открыта, – по его вытянувшемуся лицу стало ясно – Дима не ожидал от меня таких слов.
Я тоже умею удивлять.
– Ну, Маш, это все от усталости. Новая должность, очень много работы, не совсем еще разобрался и я… Забочусь о твоем здоровье, – его лицо побледнело. Он не предполагал такого поворота событий. Наверно думал, что кинусь в ноги и начну умолять, чтобы не уходил… Получается, он не знает меня.
– Ты таким бегемотом меня выставил, но ведь я не такая. Я нормальная.
– Нормальная, конечно. Ну переборщил, по глупости. Я люблю тебя. Ну хочешь со мной пойти? – спросил он, как будто все, что было до этого, можно просто забыть и вернуться к обычной жизни. Дима совершенно не осознает, что все его попытки оправдаться ничего не изменят.
– Нет, мне не нужны твои подачки. Тем более ты уже нашел ту, кто составит тебе компанию.
Я пошла прочь с кухни, оставляя мужа одного, но он схватил меня за руку, не давая уйти.
– Наврал я. Один хотел пойти. А тебе сказал про другую, чтобы немного расшевелить, – заговорил быстро.
Поразительно. Ночью он был таким надменным, уверенным в себе, а сейчас совсем другой. Такой, каким всегда был. И голос, и интонация вернулись. Стали такими же, какими и прежде. И все потому, что я дала отпор.
И только мне известно, что творится в моей душе, как я страдаю… Но Дима не увидит этого. Я не покажу.
– Да иди ты… В баню. То есть на работу. Я сама соберу твои вещи. Ищи себе квартиру.
– Маш, не лишай Дашу отца. Ведь я уйду и совсем перестану с ней видится. Пожалей ребенка.