Приехав, я удивляюсь тому, что он тоже выходит из машины. Разве ему не нужно было по делам?
— Ты никуда не едешь?
— Нет. Я смогу все уладить из своего кабинета.
— Ясно, — начинаю подниматься вверх по ступенькам к дому. — Ай… М-м… — стону из-за острой боли в ноге, которую подвернула. Нужно мазью намазать. Иначе долго не пройдет.
— Что такое? — Артур тут как тут, чтобы проявить свою к черту ненужную заботу.
— Ничего. Не трогай меня! — срываюсь, ударяя несильно его по руке. Сейчас мне действительно на физическом уровне противны его прикосновения.
— Что значит «не трогай»?
— То и значит! — поворачиваю голову и испепеляюще смотрю. — Не трогай меня своими грязными руками!
Спасибо всем за поддержку))
Глава 12.
Не церемонясь, Артур подхватывает меня на руки и быстро поднимается вместе со мной вверх по лестнице.
— Поставь меня! — возмущенно, со злостью требуя я.
— Не дрыгай больной ногой, — заносит меня в дом. Двери распахнуты. Горничная, должно быть, решила проветрить холл.
— Я сказала, отпусти!
Приносит меня в гостиную, опускает на диван. Ногу пронзает болью, но думаю это еще ничего. Будь я не в такой ярости и шоке, она была бы сильнее.
— Не трогай! — шиплю, когда он осторожно снимает туфлю.
— Да она у тебя распухла… Ты где так? — обеспокоенно спрашивает, но смотрит строго. Игрушка его повредилась. Вот беда-то! — Еще дома?
Мне хочется сию секунду выплеснуть все, но нет…
Я хочу сначала поговорить с сестрой.
Хочу понять…
А что, если он ее любит?..
Что, если брак со мной, это возможность держаться к ней поближе…
Звучит как бред, но это же Ударцев. От него все что угодно можно ожидать.
Может, он и вовсе хочет получить нас обеих…
Я должна знать, что между ними происходит. А для этого я должна сначала поговорить с Лерой. Если ему сейчас скажу, то уже правды не узнаю. Не удастся застать Леру врасплох. А этого мерзавца правды ждать не стоит.
А она важна мне… Казалось бы, важнее всего для меня должна быть свобода. И это так. Но в этом всем замешены мои близкие люди, которые предали меня.
— Пройдет. Ничего страшного, — цежу сквозь зубы.
— Сиди спокойно, — поднимается с края дивана и быстро куда-то уходит. Я с ненавистью сверлю взглядом его спиной, пока он не скрывается.
Ударцев, ты еще хуже, чем я себе представляла. Ты меня очень удивил… Иронично, но ты все-таки смог добраться до моего сердца. Ты растоптал меня этим.
Артур возвращается со льдом в полотенце. Подсаживается, а я начинаю отодвигаться. Не нужна мне его забота фальшивая. Полчаса назад он целовался с моей сестрой, а теперь тут со мной возится… Мерзко это! Он только, похоже, этого совсем не понимает. У него стерты все границы, что правильно и неправильно — для него просто не существует этих понятий. Он просто делает, что хочет.
— Сейчас будет лучше, — прикладывает лед к ноге в нужном месте.
— Дай. Я сама… — забираю у него полотенцем со льдом.
Артур пристально и долго молча наблюдает за тем как я держу лед на ноге.
— Лучше? — спрашивает через минуты две.
— Да… Можешь оставить меня в покое?
— Ты такая нервная потому что тебе больно?
— Думай, как хочешь.
— Ты так и не сказала, где так ногу подвернула.
— Каблуки неудобные. Случайно.
— Я выкину эти чертовы туфли.
— Хочешь — выкидывай, — закатываю глаза. — Только оставь меня сейчас…
— Да что с тобой? — кладет ладонь мне на спину. — Ты сама не своя с самого отъезда из ресторана.
Ему даже в голову не приходит, что я могла увидеть…
Сбрасываю вторую туфлю с ноги, поднимаюсь на одной ноге.
— Просто оставь меня в покое, — прошу его и начинаю двигаться, прихрамывая. — Мне нужно отдохнуть.
Артур снова ни слова не говоря поднимает меня на руки и несет к лестнице.
Стиснув челюсти, я заставляю себя молчать. Пускай унесет, а потом уйдет с глаз подальше. Что и случается, когда он кладет меня на кровать.