Освобождаюсь от рук матери и отстраняюсь.
— Не надо сейчас о моей… проблеме.
— А вот давай все-таки будем! Ты вообще лечиться собираешься? Или так и хочешь остаться бездетной? Я внуков хочу, а Артур, уверена, отцом мечтает стать.
Глава 2.
Не будет никаких детей.
Я каждый день мечтаю, чтобы однажды он пришел и сказал, что беременна одна из его любовниц, и что мы расстаемся.
Для большинства женщин в браке — это самое ужасное, что может случиться, а я вот мечтаю об этом.
Мне не маленьких усилий стоило подстроить так, чтобы меня считали бесплодной. К счастью, мне подруга помогла.
Мама и Артур — считают меня бесплодной, а сама я тайно принимаю таблетки.
Я не могу иметь от него ребенка. Потому что это приговор. Забеременей я от него, мне пришлось бы смириться и забыть о жизни без него. А я только этим и живу, что однажды я вырвусь и буду жить жизнью, которую хочу.
— Ну что ты молчишь? — психует мама, понимая, что вскоре может рухнуть ее беспечная жизнь.
— Не собираюсь я ничего делать, пока с ним живу.
— Ты что, уже сказала ему, что хочешь развестись?
— Еще нет, но…
— Не смей! Не смей, поняла?! — вскрикивает мама.
И тут мы слышим входную дверь.
— Мам, я вернулась! — звучит голос моей младшей сестры Леры.
— Так, твоя сестра вернулась, — шипит мама, — так что ни звука, поняла? Ты о ней думаешь, вообще? Она одиннадцатый класс заканчивает. Ей скоро поступать. Или тебе наплевать на нее?
— О, Ева! — сестра обнимает меня со спины, а мама растягивает губы в улыбке. — Круто, что ты к нам заскочила. Я соскучилась.
— Привет, Лер. Но я уже ухожу… Мы с мамой уже чай попили. Мне пора.
— Нууу…
— Меня уже правда водитель внизу заждался. Но мы с тобой как-нибудь увидимся на выходных, в кафе сходим, хорошо?
— Ну ладно, — поджимает губы Лера.
— Ладно, грей пока чай себе, а я сестру твою провожу, — мама подходит ко мне, берет под руку и ведет в прихожую. — Чтобы глупостей не делала, поняла? Подумай еще хорошенько, прежде чем разрушать нашу и свою жизнь.
— Подумаю, — выдыхаю я, хотя уже все решила.
Наклоняюсь, надеваю туфли, выпрямившись, беру сумочку и куртку. Коротко улыбаюсь матери, к двери двигаюсь, но мама за руку хватает.
— Я ведь серьезно, Ева, — смотрит мама строго. — Твоего отца уже нет. Мы одни.
— А я работу найду. Ты, кстати, тоже можешь.
— Я работать должна идти?!
— А что такого? Тебе и пятидесяти еще нет. У тебя образование педагогическое. Ты ведь до встречи с отцом преподавала.
— Всего год. А после этого ни дня не работала. Твой отец мне хорошую жизнь обеспечил. Я до смерти ему буду благодарна. Ты можешь всякое думать, но я с твоим отцом счастлива была. И тебе счастье улыбнулось…
— У нас с тобой не одно и то же. Ты папу любила…
— Да ты зациклилась на своем этом «не люблю»!
Резко поворачиваю голову в сторону, замечаю в зеркале подслушивающую нас Леру.
— Все, мама, мне пора. Олег там меня заждался.
— Домой сразу езжай. Не болтайся по городу. Лучше ужин мужу приготовь, наладь с ним отношения.
Муж как всегда приедет уже сытый. Мы вообще редко едим вместе за столом. В основном в ресторане вместе с его партнерами.
— У меня сейчас тренировка в фитнес центре.
— Сдался тебе этот фитнес… И так худющая.
Все лучше, чем сидеть в его огромном доме и ходить от окна к окну. Работать же мне нельзя, как и выезжать из города без него. Я под постоянным надзором. Его глаза и уши — это Олег. Говорит, что для моей безопасности, но это лишь эгоистичное желание держать в поле зрения вещь, которую он купил.
— Мам…
— Ладно, все, иди уже с глаз моих, — ворчит мама.
— Пошла, — еще раз коротко смотрю в зеркало на сестру, которая никак не может перестать уши греть. Лера всегда была такой. Я не удивлена и совсем не злюсь.