Так Ира и стала жить у нас. Исправно помогала мне по дому в качестве благодарности за предоставление помощи и временного жилья.
Я могла этого не делать, а просто пройти мимо, как и другие люди, вот только совесть не позволила. А зря. За свою добросердечность и искреннее желание помочь в ответ я получила такое, что и на голову не наденешь.
И теперь я понимаю, насколько правдивы слова: не делай добра, не получишь и зла. Я собственноручно притащила в дом гадину, прикинувшуюся белой овечкой. А теперь самой же придется ее и задушить.
Глава 7
Заглядываю в группу дочери и с улыбкой наблюдаю, как моя малышка усердно рисует восковыми мелками.
Встречаемся взглядами с Татьяной Викторовной ─ воспитательницей моей дочки, и кивает друг другу.
Она подходит к Маше, гладит ее по плечу и что-то говорит ей, склонившись над ухом.
Маша резко поворачивает голову в мою сторону, бросает мелки на стол и с полными счастья глазами бросается ко мне.
─ Мамочка! ─ вскрикивает на всю группу так, что в ушах начинает звенеть.
─ Привет, моя кошечка, ─ с теплой улыбкой обнимаю дочь и зацеловываю ее мягкие щечки. ─ Как твой день прошел? Не плакала.
─ Плакала, ─ кивает, немного насупившись, и добавляет: ─ Тють-тють.
─ А почему ты плакала, зайка?
─ К тебе хотела…
─ Ну ты же знаешь, что я все равно приду за тобой. Так ведь?
Кивает. А из группы доносится заунывный плачь какого-то мальчика:
─ А моя мама где?
Ну вот. Из-за радости Маши расстроился другой ребенок. Дочка точно так же плачет, когда я утром привожу ее в сад. Хотя Татьяна Викторовна говорит, что после моего ухода она почти сразу успокаивается и с радостью играет с ребятами.
Так мы и на адаптацию два месяца ходили! Интересно, когда она уже привыкнет, и утренние расставания станут менее болезненными? Потому что мне и самой они даются нелегко. Сердце сжимается в комок, когда Машенька плачет, тянет ко мне ручки и просит меня не уходить.
─ Ну, как у нее дела? ─ привычно спрашиваю у Татьяны Викторовны.
─ Все хорошо, ─ кивает она. ─ Только от полдника она отказалась. Сказала, что не хочет, хотя я очень настаивала.
─ Ясно, ─ понимающе киваю я.
─ А тепель я голодная, ─ протягивает дочь и ковыряет пол носом сандалика.
─ Ничего. Вернемся домой, и я тебя покормлю, ─ глажу дочь по спинке и веду ее к шкафчику.
Помогаю Маше переодеться. Прощаемся с воспитательницей и выходим на улицу.
И тут я вспоминаю, что дома-то у нас до сих пор Ирина. И мало ли, каких гадостей она может уготовить мне после всех моих слов и неудачной попытки выгнать. И, есть у меня нехорошая мысль, что она и в еду могла что-нибудь подмешать.
─ А давай в кафе покушаем? ─ предлагаю дочери.
Я могу и дома ей свежую еду приготовить, к которой Ира точно не приложит свою руку. Но дочка ведь сейчас хочет кушать. Так что надо хотя бы купить ей что-то перекусить.
─ Не хотю в кафе. Хотю булотьку, ─ с огромными невинными глазками просит она.
─ Да ты же сама как булочка, ─ смеюсь я и подхватываю дочку на руки. ─ Самая вкусная и самая аппетитная. Так бы и съела тебя!
─ Не надо. Я некусьная! ─ хихикает Машенька, пока я целую ее в шейку и вдыхаю родной аромат.
Нет ничего на свете дороже ее. Самый родной и любимый человечек, с которым я ни за что и никогда не расстанусь.
Сердце болезненно сжимается. Мне нужно быть очень осторожной теперь. Если сейчас Кирилл грозится отнять дочь, если я уйду от него, то ему ничто не мешает изменить свое решение на еще более худшее.
Это сейчас я могу остаться с ним и терпеть ради дочери. Но один необдуманный поступок, и он сам может решить выгнать меня из дома, не оставив выбора.
Как мне сейчас найти баланс между собственными чувствами и разумом? Умом ведь я понимаю, в каком отвратительном и шатком положении теперь нахожусь. И что ради ребенка мне ни в коем случае нельзя оступиться.
Но внутри все кипит от боли, обиды, несправедливости и чувства беспомощности. Меня будто связали по рукам и ногам, положив рядом нож. И вроде бы я могу освободиться, разрезать веревки. Но одно неловкое движение, и я сама себя смертельно раню.
По дороге домой покупаю дочери булочку и несу ее на руках. А когда устаю, да даю ей самой потопать ножками. Все же немного далековато до дома, и пешком она сильно устает. Но я решила, что сегодня мы обойдемся без такси. Лишь бы как можно позже вернуться домой.
Неспешно добираемся до дома, и в этот же самый момент подъезжает Кирилл на своей машине. Никогда он так рано с работы не возвращался, а тут на тебе. Явился не запылился!
Решил, что ему нужно сегодня побольше времени, чтобы окончательно меня доконать? Или надеялся еще разок успеть с Ирой, пока я не вернулась?