Рядом с Женей я кажусь себе маленькой. В его объятьях чувствую себя хрупкой и нежной.
Женя умеет так обнимать, что душа выворачивается.
Именно поэтому я не могла долго смотреть, как он обнимал Ольгу там, в аэропорту. Больно.
Ольга! Точно! Он... Он изменил или нет?
Женя утыкается носом мне в волосы, и я слышу, как вдыхает их запах. Дрожу, не в силах его оттолкнуть.
Я так скучала...
— Я соскучился... — произносит он, не отрываясь от моего затылка.
Разве изменивший мужчина будет так себя вести? Скорее наоборот, он должен избегать меня, а не обниматься.
Его руки забираются мне под футболку и ложатся на грудь, сжимая ее и заставляя ноги задрожать.
Откидываюсь ему на плечо. Как всегда, испытываю безумную слабость, когда он ласкает меня.
Мозги плавятся так же, как десять лет назад. Ничего не изменилось за столько лет. Его губы на шее сзади... Я забываю обо всем, что сегодня произошло...
Да ведь ничего и не было. Ничего из того, что я себе напридумывала. Не может мужчина после нескольких дней отдыха с любовницей вот так подкатывать к жене.
Наверняка я все преувеличила...
В пьяной от ласк голове растворяются все подозрения. Я уже не верю в то, что видела. Просто от ревности помутилось в мозгах, вот и запаниковала. На самом деле Женя любит меня, как и прежде...
Даже его поцелуи подтверждают это. Они сегодня особенно жгучие. По шее, вдоль уха...
Стягивает футболку вбок и покрывает ими плечо.
Смотрю в зеркало и дрожу, просто глядя на его лицо с закрытыми глазами... Меня прошибает от этого эротичного зрелища... Дрожь охватывает все тело.
Когда ладони мужа забираются под лифчик и вовсе начинает коротить от желания.
Встречаюсь с ним глазами в зеркале и таю, словно подожженная свечка. Он один умеет воспламенить меня только лишь взглядом, а когда целует, я буквально сгораю дотла и снова воскресаю.
Его черные глаза — последнее, что я вижу. Поворачивает меня к себе и впивается в губы.
Поцелуи моего мужа — это отдельный вид искусства. За то, как он это делает, можно давать награду Чемпион мира по поцелуям.
Как давно мы не оставались вот так вдвоем, не целовались. Секс тоже был давно — как раз когда я залетела после той пьяной вечеринки три недели назад.
Поэтому сейчас я готова отдаться ему практически сразу. Мне не нужна долгая прелюдия. Так хочу его, что уже готова к большему.
Правда страшно немного. Где-то внизу Алёнка ждет меня, уже скоро тренировка. Но я не могу и не хочу останавливать мужа.
Не пора ли ближе к кровати перебраться?
Только Женя не торопится.
Пытаюсь направить его. Кладу руки на ту самую салатовую рубашку, которой восхищалась сегодня, давлю на грудь, но он не поддаётся.
Вместо этого резко подхватывает меня под попу и прижимает к стене, вторгаясь меж раздвинутых бедер.
Мелькает мысль, что я тяжелая, но Женя тоже не из слабеньких. Ему под силу удержать меня. Еще и запустить руку мне в трусики, чтобы погладить чувствительное местечко и окончательно лишить разума.
Происходит небольшая заминка, когда он хочет снять их, это совсем неудобно. Однако муж решает проблему кардинально — слышу треск рвущейся ткани и обрывки летят на пол. Затем он разбирается и со своей одеждой.
Ох, такого дикого секса у нас еще не было. Обычно все проходит довольно ровно и гладко. Но конечно же я не против. Сама тянусь к его губам. Хватаю лицо в ладони и целую.
Получается немного грубо. Я словно наказываю его за сегодняшнее. За то, что посмел лапать какую-то бабу; за то, что вызвал во мне сомнения; за то, что испытала ту боль, сидя на трассе в машине и рыдая.
Слегка прикусываю его полные губы, но тут же спешу унять боль языком. Сначала мне до безумия хочется сделать ему больно, но когда делаю это, жалею.
Застонав, Женя сильнее вдавливает меня в стену, и мне приходится обхватить его плечи. Стоя у нас еще ни разу не было секса. И почему я боялась этого? Муж вполне в состоянии довести нас обоих до исступления и взрыва даже в таком не очень удобном положении.