Организм любым доступным образом сбросить стресс хочет.
Девочки всегда под рукой.
— С тобой всё в порядке? Выглядишь измотанной. «Да что ты говоришь. Удивительно! И как так вышло, учитывая происходящее в последние месяцы». — Не нужно было приезжать. Мне утром, после операции, сказали, что ты всю ночь здесь провела.
Не дожидаясь моего ответа, Андрей поднимается на ноги и через какое-то время ставит передо мной стеклянный стакан с чистой водой.
Очередной «приход» моего благоверного.
Эти его резкие перепады настроения смущают меня больше всего.
— Если бы твой зам не позвонил мне в истерике, я бы провела ночь дома с Ангелиной.
Вчера, когда водитель Эдуарда Наумовича привез нас с дочкой домой, я решила посвятить остаток дня домашним делам. Поздним вечером, когда мы уже начали ко сну готовиться, позвонил Авдеев — лучший друг мужа и наш коллега — с воплями, дескать, всё пропало, две внеплановые операции оставили ОР и ИТ обездоленными.
Я хоть и не реаниматолог, но, судя по всему, на все руки мастер. Как сказал Игорь: «Ксюш, пожалуйста. Ты же понимаешь, терапевт всё лучше, чем медсестра».
Зашибись.
— Не бери в следующий раз трубку, — дает муж дельный совет.
— Екатерина Львовна, — называю имя свекрови, — была у нас на пороге спустя пять минут после звонка Авдеева.
Ещё когда муж только выбирал квартиру для своей матери поближе к нам, я понимала всю пагубность этой затеи.
Надо отдать должное, она помогает мне с Ангелиной, но когда при любом удобном и неудобном случае свекровь появляется в твоей квартире, радости не испытываешь.
— Я думаю, тебе стоит уволиться, — предлагает на грани с распоряжением. — Будешь проводить больше времени с малышкой. Возможно, получится второго родить. «Ха-ха, уже тороплюсь». — Было бы здорово, если бы пацан получился.
Тяжелые ладони опускаются на мои плечи. Андрей проходится по ним, легко разминая.
— Не говори глупости, — прошу его сухо. Мороз по коже идет от такого предложения.
Иногда мне кажется, мы на грани смертоубийства.
Какие нам ещё дети?
— Ксюш, я серьезно, — с усилием надавив на кожу большими пальцами, он заставляет меня развернуться. — Подумай над этим.
Глядя в его распахнутые «честные» глаза, смеюсь. И плевать, что слезы подступают.
— Тебе самому не смешно? Пять минут назад на твоих коленях девица сидела. Мы о чем говорим? Я хочу с тобой развестись, очень хочу. И ты это знаешь.
Намеренно захожу на опасную для себя территорию. Стоит мужу услышать слово «развод», как он звереть начинает. В стенах больницы, уверена, он не станет позволять себе лишнего. Здесь он царь и бог. Светило. Всемогущий ведущий хирург.
Портить свою репутацию ради желания мне насолить? Неоправданный риск.
— Это всё несерьезно. Ты сама прекрасно знаешь. Твой отец…
— Моему отцу хватило храбрости развестись с мамой, — прерываю его, мешая закончить избитую фразу, — давай хотя бы сюда его приплетать не будем. И не надо мне снова за выгорание говорить, да и о том, что медсестры на вас, врачей, смотрят с таким обожанием, что устоять невозможно. Миллионы раз слышала. Неинтересно. Я выгораю не меньше тебя.
Андрей медленно втягивает носом воздух и резко выдыхает. Хватка на моем плече становится жестче.
После многочасовой ночной операции он очень уставший, тут и говорить не о чем, но при желании это не помешает ему свернуть мою шею за долю секунды.
— Ты пришла, чтобы вывести меня из себя? — вкрадчиво интересуется.
— Нет. Я не нашла в регистратуре карты одного нашего пациента. Даль Эдуард Наумович. Ты вчера меня к нему отправлял.
Андрей растирает ладонями лицо, после чего ерошит свои и без того непослушные волосы.
— Прости, тупая идея была. Ты меня так разозлила.
— Так легко… — откидываясь, упираюсь затылком в высокую спинку стула. — Не криви душой. Ты просто хотел показать мне моё место, — усталость раскрепощает, позволяя свои мысли озвучивать. — Я и капельницы делать должна, и дежурить в реанимации. Напомню тебе: когда вы с Авдеевым решили расширяться, упор собирались делать на хирургию. Что в итоге? У нас всего четыре реаниматолога — анестезиолога, два из которых пьющие. Андрей, это повод задуматься. Прокрути на досуге. А сейчас ещё раз — где карта Эдуарда Наумовича?
Я не сошла с ума и не просто так интересуюсь у главврача подобными мелочами.
В планах наша клиника должна была быть высокого класса. А в итоге новые «друзья» мужа осуществляют через нас свои совсем нечистые деяния. Андрей меня не посвящает, но порой, стоит только взглянуть на ту или иную девицу, что частенько к нам наведываются, сразу понятно становится, кто она, и какие именно услуги ей здесь оказывать будут.