Номер мне всё равно понравился. С чего-то надо начинать. Разложив вещи, я ложусь и смотрю в окно, которое выходит на соседнее здание. Куда я попала? Мой китайский смартфон с треснутым экраном показывает почти полночь.
Хорошо, что старик дал мне время перекинуть все контакты. Мне хочется набрать Машку, попросить помощи, но вовремя останавливаюсь.
Нет.
Мне надо как-то со мной выкарабкиваться из сложившейся ситуации. Несмотря на всё, сдаваться я не привыкла.
Следующий день я встретила с шумом. Пьяная разборка в шесть утра. Кричали соседи и администратор, который прибежал на шум и кричал, что вызовет полицию.
Я только накрыла голову подушкой и зажмурила глаза.
Самое страшное, что приходит в голову, — это то, что я по-прежнему люблю Артура.
Моё сердце снова дёрнулось, как натянутая струна, когда я услышала его имя. Артур, Артур…
Почему мне хочется повторять его имя снова и снова?
В моей памяти всплывает его загорелое, накачанное тело. Моя фантазия рисует, как я рожу от него ребёнка, и мы вместе будем прогуливаться по улице и ловить восхищённые взгляды.
В этот момент картинка сменяется, и я снова вижу, как он трахает Веронику.
Моя рука непроизвольно пробегает по моей груди, которой, по сути, нет.
Снова слёзы. Я закрываюсь подушкой и реву.
Я вытираю слёзы. Прекрасное начало дня — лучше не придумаешь. Я сажусь на кровать и обвожу всё взглядом.
Моя цель — найти квартиру подешевле, ещё устроиться на работу и выкупить кулон. Ещё надо найти адвоката, правда, на него денег пока нет.
Я не стала тянуть время и позавтракала (хорошо, что это входило в стоимость номера). Я села за стол и стала звонить. Набирала по одному номеру, сменяя его другим.
Нашла хорошие варианты за МКАД и ещё дальше. Выбираю несколько вариантов, хватаю сумку, еду.
Пару встреч, посмотрела несколько квартир. Хорошо, что мир не без добрых людей, и на пути своих поисков встречаю девочку Ирину.
Она смотрит на меня карими глазами; ей лет примерно двадцать пять. Ирина ведёт меня по чистому подъезду, где на подоконнике стоят цветы.
— Я её хотела продать, — признаётся она честно, открывая старый замок. Дверь подаётся не с первого раза, открывается со скрипом.
— Тут жила моя бабушка, по папиной линии, вредная женщина, — извиняясь, говорит Ирина и снимает туфли.
Я вхожу вслед за ней. Советская обстановка, старая мебель, древние обои и затхлый воздух.
Оглядываюсь по сторонам. Однушка-малосемейка, тридцать квадратов. Мне как раз то, что надо.
— Я сдаю квартиру по одной из самых низких цен в районе, — говорит девушка, и честно, она не врёт.
Киваю головой, давая ей понять, что согласна.
— Коммуналка отдельно, — произносит она.
— Хорошо, — отвечаю я.
— Квартира ваша. И, пожалуйста, не ругайтесь с соседями. Да, они тут весёлые, но постарайтесь, — говорит Ирина и кладёт ключ на комод.
Девушка улыбается мне и пропадает, оставляя одну в пустой квартире. Я провожу взглядом комнату, делаю несколько шагов.
Кухня старая, но ничего, зато чисто. Осталось открыть окна, чтобы выветрить весь запах, и помыть полы. Галочку можно поставить — квартира есть.
Хотя квартира преподнесла мне много сюрпризов. Кровать на ножках со сильным скрипом и это пол беды. Ладно, хоть подо мной не рассыпалась. На этом можно спать. Я схватила в руки телефон, пальцы проминают экран. Ладно, пока похожу с этим.
На счёт работы я не сильно переживала. По крайней мере, у меня был запасной план. Отец мой был мудрым мужчиной, и перед смертью сказал мне:
— Если будут какие-то вопросы, обращайся к Анатолию Валерьевичу.
Я решила направиться к нему. Сама его хорошо знала; он не раз бывал у нас дома и приносил мне подарки. Анатолий Валерьевич был ровесником моего отца — коренастый, интеллигентный мужчина, всегда с улыбкой и хорошим настроением.
Я решила направиться к нему в офис. Правда, сначала долго крутилась перед зеркалом. Конечно, после слов мужа поверить, что я красивая, сложно. Хотя мне нужно срочно заняться собой. Я это обязательно сделаю.