– Нет. Она может заявить права на имущество, деньги. Добьется справедливости, помотает нервы.
– Скажи прямо, Вендра! Что ты хочешь! Я сделаю!
Его голос вдруг начинает глухо звучать. Похоже, моя магия исчерпала свой лимит. Только не сейчас!
– Продай ее, – отвечает мачеха.
Наступает тишина.
Я дрожу всем телом. Ноги еле слушаются меня, пока я несусь в свою комнату. Он имеет право меня продать! Я не владею магией выше второго уровня и у меня нет живых родственников, только мачеха… А мачеха сама это и предложила.
Мой дом и мои розы
Я бросаю в сумку бумаги. Два свидетельства о собственности на землю, особняк тоже мне был подарен до брака – документы на него туда же. Несколько векселей на крупные суммы. Это тоже мое. Мало. Мне нужны деньги и золото.
Я скидываю свои и мамины украшения прямо в коробках туда же.
Ценности собраны. Сумку тащу с собой и прячу ее в кладовой. Боюсь, что мои покои будут обыскивать.
UbFLxmYE
Внизу слышится шум, осторожно подхожу к окну – Номдар провожает Вендру. Не думаю, что уедет с ней, но ему подниматься сюда около пяти минут, а мне до его кабинета бежать только одну, что ж, разница есть.
Лечу сломя голову, дверь в кабинет закрыта, но дом с секретом, и простенькое заклятье распахивает ее передо мной. На адреналине мне оно удается головокружительно легко.
На этом столе они только что были близки. Обхожу с отвращением. Мне нужен сейф. Муж уверен, что я не знаю, как его открыть, но я знаю. Дом подарил отец, и магические нити зачарованной дверцы реагируют на меня.
Номдар изменил переменные, подстроил их под себя, но не учел, что папа был отменным магом.
«Как бы ни повернулась жизнь, в этом особняке все будет во власти моей крошки. Только не говори об этом никому. С таким багажом не продашь, если что. Заклятия пожизненные», – смеялся мой папа.
Вот все и повернулось ко мне спиной. Папочка, как же так! Я не справлюсь с этим кошмаром. Они меня продадут. Я буду чьей-то рабыней до конца дней. Я отлично понимаю, что все это значит.
А как я хотела похвастаться мужу, что хоть и слаба магически, но дом подчиняется мне во всем. Хорошо, что не успела этого сделать.
– Откройся, – шепчу я и тяну ручку сейфа на себя.
Работает. Номдар редко сюда заглядывает. Тут есть документы, деньги, несколько золотых слитков. Все это я выгребаю себе в подол. Слитков много не взять, деньги тоже беру лишь частично – чтобы если откроет, то не сразу заметил пропажу. Просматриваю документы – интересных для меня немного. Если только распоряжение о наследстве. Сделаю мелкую гадость – заберу с собой.!
Поднимаю подол, не особенно заморачиваюсь насчет сохранности бумаг. Главное печати, а не первозданная красота.
Добегаю до кладовой, пакую свое богатство в сумку.
Слышу шаги. Сердце так колотится, что мне закладывает уши. Успеваю попрощаться со своим планом.
– Госпожа?
Моя служанка Жанин стоит прямо у меня за спиной.
Я выдыхаю с облегчением, хотя сейчас боюсь доверять даже ей.
– Жанин, я проверила продукты и выяснила, что у нас совершенно не осталось булгура. Заказать. Также пополнить запасы тушеных овощей.
– Да, госпожа.
Кажется, мой голос звучит достаточно твердо.
– Жанин, где хозяин?
– Уехал с вашей матушкой, госпожа Кэйри.
– Подготовьте для меня авто. Я еду в город, – приказываю.
Жанин уходит.
Беру сумку, ее видеть не должны. Но как мне быть? Как пройти через холл, чтобы не видели?
Раз уж Номдара нет, я возвращаюсь с сокровищами в свою комнату, выкидываю все из окна и спокойно одеваюсь.
Нет. Не спокойно.
– Жанин, – зову я.
– Да, госпожа Кэйри.
Мне претит это обращение. Мы с Жанин вместе много лет. Она со мной с подросткового возраста. Это Номдар велел нам сохранять субординацию.
– Жанин, перестань прошу. Давай без «госпожи» – моего мужа здесь нет.
Мне хочется сказать, что у меня положение даже хуже. Жанин не рабыня. А я буду! В ближайшее время мой муж меня продаст.
– Жанин, я хочу, чтобы ты в сегодня же рассчиталась и уволилась из этого дома.
– Кэйри, ты меня прогоняешь? – она поднимает на меня глаза, полные печали.
Наверное, я сейчас очень резкая. Адреналин заставляет меня задирать нос, пытаться бодриться.
– Я пытаюсь тебе довериться, – отвечаю я. – Сейчас вылетишь отсюда и будешь кричать, как тебе надоели мои слезы и капризы. Поняла? Как супруг вернется в дом, немедленно потребуешь расчет, обливая меня грязью. Но до завтрашнего дня, чтоб из особняка ни ногой, собери все сплетни. Вот. Возьми эту записку на всякий случай. Текст проявится, если обстоятельства сложатся как я желаю.