На этих словах меня сильно хлещет ветром по лицу. Я будто бы просыпаюсь от долгого сна. Мне надо бежать, тем более что в голове рождается план. Я знаю, что должна сделать.
Увожу мобиль подальше от могилы отца. Вдоль решетки растут настоящие заросли. Мобиль медленно и кощунственно плывет над памятниками. Нахожу заброшенный участок – сюда точно никто не ходит. Завожу мой обожаемый мобильчик в самые густые кусты.
Прикладываю руку. Мне нужно простенькое заклятие, доступное единичкам. Лишь отвести глаза. Если бы я была повыше уровнем, то зарыла бы сумку, предварительно оградив ее от любых видов воздействия. Но я единичка. Моя магия не продержится и недели, даже если я смогу ее сотворить вообще.
Поэтому я укрываю мобиль – у него есть функция незаметности – элементарная противоугонная магия.
Неожиданно что-то идет не так. Мобиль просто исчезает. Растворяется в воздухе. Я провожу рукой, но ничего не чувствую.
Это так меня пугает, что я отменяю заклятие. Машинка появляется, сияет металлическими отблесками.
Не может быть. Видимо, папа и тут позаботился обо мне – моя магия странно сочетается с магией внутри транспорта. Пытаюсь снова заставить мой тайничок исчезнуть. Если все пойдет по плану, то скоро я вернусь сюда и уеду в новую жизнь.
Не получается! Пробую раз за разом – эх, не надо было отменять магию. Возмущаюсь своей глупостью. Ведь получилось же! Ну зачем все испортила! Ну как так!
Слезы подступают к глазам, когда мобиль снова растворяется в воздухе!
Я уже не пытаюсь ничего проверить, просто запоминаю ориентиры, имя на погребении и протискиваюсь сквозь прутья забора.
Нет, мое платье не рассчитано на такое, но я защищаю ткань магией и все отлично удается. Даже единички могут удивить. Я покидаю кладбище.
Теперь путь лежит в город. Я достаю амулет, который забрала из машины. Зеленый – значит мои провожатые далеко. Они меня не видят. Отлично. Останавливаю таксомобиль – направляюсь в центр.
Сердце заходится при мысли, что и зачем я собираюсь сделать.
Тяжелая просьба
Здание мне хорошо знакомо. Но я не иду через главный вход. Мне это ни за что нельзя. Амулет горит зеленым, значит я удачно унесла ноги. Но эффект временный, сейчас на мой след снова выйдут люди мужа.
Бегу по ступеням, обхожу здание сбоку. Здесь решетка, которой не было раньше. Но я в таком отчаянии, что плевать.
Берусь за два прута. Может быть, ничего не выйдет, ну и ладно. С другой стороны, с машиной же получилось… Заклинание знаю только в теории, направляю потоки, закрываю глаза. Не могу поверить, что чувствую движение под ладонями. Может быть, только игры разума? Нет – проход готов. Лезу в образовавшийся проем, затем снимаю магию. Это легко – ломать не строить. Прутья встали на место.
Иду спокойным шагом. Вход для персонала открыт. Мне сопутствует удача, взломать замок я бы даже не попыталась, но здесь постоянно кто-то снует. Охрана ходит предаваться вредным привычкам, тут же рабыни, которым надо перемещаться по заданиям хозяев. Я вздрагиваю от мысли о рабстве. Тошно мне.
Захожу внутрь и поднимаюсь уверенным шагом до пятого этажа. Здесь стоит замок, настроенный на отпечаток магии или ключ. Все. Я пришла. Теперь можно только официально позвонить, что я и делаю.
Выходит сотрудница:
– Что вы желаете?
Она вежлива, но в глазах холод.
– Я к господину Дариану.
– Вам назначено? – интересуется девушка.
Мне не назначено! Дариан может не пожелать говорить со мной. Я не знаю, что сказать, для меня ненормально хитрить и изворачиваться. Мне страшно, и я не умею.
– Я не займу много времени, – лепечу я. – Просто мне надо передать ему документы от недавно почившего Григора Бария.
YYNRdJEO
Приходится использовать имя отца.
– Позвольте я передам, – девушка надменно протягивает руку.
– Велено вручить лично, – отрезаю я.
Девушка смотрит на меня минуту. Решает. Она будет права, если решит, что я лгу. Но в этот момент по коридору проходит сам Дариан.
Он смотрит на меня холодно и невозмутимо. Я вспоминаю нашу последнюю встречу и замираю от страха. Почему именно он – единственный, кто может мне помочь?
– Кэйри? – удивляется он.
Девушка закатывает глаза, собираясь выставить меня. Личное знакомство с главой и обращение по имени низводят меня до любовницы в отставке.