— Это просто...
— Молчи! — она величественно поправила плед на коленях. — Я всё вижу! Стареешь, деточка, вот и пытаешься мужа удержать всякими... штучками! — она брезгливо подцепила тростью край накидки. — А он у нас мальчик видный, успешный. Ему молодая нужна, здоровая. Которая ещё родить сможет! А что?! Один ребенок — это не настоящая семья!
В этот момент Лорд, видимо решив поддержать "бабушку", схватил многострадальную накидку и с урчанием принялся её рвать.
— Правильно, Лордик, — умилилась Регина Петровна. — Уничтожь эту вульгарщину! Хороший пёсик!
Договорить она не успела — Лорд, закончив с накидкой, решил познакомиться поближе и положил голову ей на колени.
— А-а-а! — завизжала свекровь. — Убери его! Немедленно! Я же просила! У меня сердце! Давление! — она картинно схватилась за грудь. — Воды! Нет, не воды — коньяка! Быстро!
ГЛАВА 11
Моя дальнейшая жизнь в одно мгновение превратилась в какой-то сумасшедший дом!
Главные роли в этом балагане: свекровь-тиран на инвалидной коляске и слюнявый невоспитанный дог размером с телёнка.
— Мирослава! — раздаётся из спальни. — Ты опять пыль не вытерла! Я же вижу — вон, на тумбочке! Как не стыдно! Такой срач дома, ужас!
Регина Петровна восседает в своей коляске, как на троне. Больные суставы, видите ли. Хотя вчера я собственными глазами видела, как она, думая, что никто не смотрит, бодро прошлась до кухни — за конфетами, которые я "прячу".
— Иду, Регина Петровна, — откликаюсь я, пытаясь одновременно удержать Лорда, рвущегося исследовать очередную подушку.
— Вот Танечка, — она взмахивает своей тростью. — Всегда была так со мной внимательна, всегда приходила по первому зову. А ты меня специально игнорируешь. Ну конечно, никакой благодарности! Я ей своего сыночка таким замечательным воспитала! И хорош собой, и компанию развивает — ты живёшь как сыр в масле, никаких забот!
— Мне нужно в аптеку! — вещает свекровь. — Немедленно! У меня давление подскочило!
— Но у нас же полная аптечка лекарств...
— Ты смеешь мне перечить? — трость угрожающе поднимается. — Там старые таблетки, срок годности истек. Ты хочешь меня отравить! Сыночку позвоню! Расскажу, как ты со мной обращаешься!
И ведь позвонит. И Гордей примчится, бросив все дела — защищать "бедную мамочку". Как тогда, в пансионате, когда персонал намекнул на необходимость психиатрического обследования.
"Мама просто эмоциональная! Это у неё возрастное!" А то, что она терроризировала других постояльцев, это, конечно, мелочи...
— Хорошо, мама, — вздыхаю я. — Сейчас поедем.
— На улице дождь! — она театрально заламывает руки. — Ты хочешь, чтобы я простудилась? Поезжай сама! И заодно купи мне пирожное, как в пансионате. С безе. Нет, с заварным кремом! Нет, с шоколадом! А давай лучше все три!
Я бросаю взгляд на часы — через час собрание в фонде. Важное. Но разве это волнует Регину Петровну?
— Знаешь, сынок, — Регина Петровна картинно промокнула глаза платочком, — я ведь всё стерплю. Ради тебя. И собаку эту слюнявую, и готовку её никудышную... Но ты бы видел, как она со мной обращается! Вчера заставила ждать целый час, пока соизволила в аптеку сходить. А у меня давление! — она прижала руку к груди. — Я же могла и не дожить… Пока она прогуляться решила!
Гордей раздражённо расхаживает по кухне:
— Ты что, не могла нормально за мамой присмотреть? У тебя же целый день свободный! Чем ты вообще занимаешься?
"Чем я занимаюсь?" Перед глазами пронеслись кадры последней недели: бесконечная стирка испачканного Лордом белья, готовка трёх разных завтраков — свекрови всё не по вкусу, уборка следов собачьих "сюрпризов" на ковре, беготня по аптекам...
— Я пытаюсь...
— Вот-вот! — встряла свекровь. — Она только "пытается"! А толку? Эх, если бы ты послушал меня двадцать лет назад... Помнишь Верочку, дочку моей подруги? Такая девочка была! И готовила, и характер золотой...
— Мама, — поморщился Гордей, — давай не сейчас.
— А когда? — она ловко развернула коляску. — Когда эта... благотворительница окончательно дом запустит? Ты посмотри, пыль везде! А цветы? Засохли все! В моей комнате паук завёлся — представляешь? Паук! А она...
В этот момент Лорд, видимо решив добавить ещё проблем, схватил зубами скатерть и дёрнул. Тарелка с недоеденной едой полетела на пол.
— Вот! — возликовала Регина Петровна. — Даже с собакой справиться не может! А всё потому, что нет в ней хозяйской жилки. Избаловал ты её, сынок. Совсем избаловал...
— А может, вы с сыном своим прогуляетесь? — предложила я, начиная терять самообладание. — Погода хорошая, в парке сейчас красота...