– Дарина, не придумывай! – отмахнулась она. – Всё уже нормально. Сейчас чай будем пить…
– Точно? – присмотрелась к ней и вышла за тонометром.
Мельком глянула, чем занимается Катя. Та крутилась возле гитары Назара.
– Катя! – погрозила ей пальцем. – ты забыла, что Назар запретил тебе трогать гитару?
– Ну-у… Я же не трогаю, я только смотрю! – мигом села на диван, засовывая ладошки под себя, всем видом показывая, что вовсе не собиралась брать её.
– Вот и смотри, – посмотрела строго. – А ещё лучше, если ты возьмёшь раскраску или альбом и порисуешь.
Сходила за тонометром и в прихожей прихватила альбомы и фломастеры.
– На, держи! – передала их выглянувшей из комнаты Кате.
– А вы что делаете? – пошла за мной в кухню.
– Бабушке давление буду мерить. Иди рисуй…
– А что у бабушки болит? – не отставала та.
– Голова от твоих вопросов, – вздохнула я. – Кошку-то нашла?
– Да. Но она не захотела играть со мной, – вздохнула.
– Катя, а раскраска тебе неинтересна? – просунула мамину руку в манжет аппарата. – Покажи бабушке, как ты научилась ровно закрашивать…
– Сейчас! – обрадовалась та возможности похвастаться своими способностями и вприпрыжку выбежала из кухни.
– Мама, давление сто тридцать на восемьдесят, но пульс частит, – тебе надо к кардиологу на приём записаться. Кардиограмму сделать для начала, ну и УЗИ – тоже.
– Так, была у терапевта и кардиограмму делала, – насупилась она. – Всё в пределах возрастных норм.
– Понятно, – вздохнула я. – Но номерок к кардиологу возьми. Надо обследоваться.
– Дарина, да всё хорошо, не переживай. Давай чай пить.
– Сиди. Я сама налью, – осадила её попытку подскочить. – Извини, что я ничего не привезла к чаю, – только теперь спохватилась я. – Совсем всё вылетело из головы.
– У меня в столе в коробке с чаем шоколадка спрятана. Достань, – хитро улыбнулась она. – От парней убрала. Хочется иногда с чаем что-то. А у них всё в один присест заканчивается.
Я достала мамину любимую чашку с блюдцем, себе бокал и залила чайные пакетики крутым кипятком. От шоколадки отломила дольку, остальную плитку подвинула ближе к маме.
– Дарина, так ты что собираешься делать теперь? – мама осторожно отхлебнула глоток горячего чая.
– Сегодня постараюсь забрать вещи и документы, – тяжко вздохнула. – Если получится получить документы, завтра подам на развод. Потом надо искать работу, чтобы не по сменам, и квартиру.
– А может, не стоит спешить? – она смотрела на меня умоляюще. – Дочка же у вас… Мужики, бывает, вытворяют подобное. Но ведь семья дороже. Думаешь, у меня всё гладко с Романом было? – посмотрела на меня печально. – Тоже не ангел… И звонки на телефон были, и СМС… Но куда я с парнями одна? Смирилась, простила. А теперь старше стал и успокоился, – развела руками. – Уж такая их природа, кобелиная.
– Нет, мама, я ушла и возвращаться не собираюсь, – сто раз пожалела, что сказала сегодня ей об этом. Уж лучше бы потом, по факту. Может быть, утряслось бы всё как-нибудь, и она бы меньше переживала. – Понимаю, непросто сейчас будет, но я обязательно что-нибудь придумаю.
– За Катю не волнуйся. Мне с ней несложно остаться. Она уже большая… Ты там делай свои дела. По крайней мере, на время отпуска ты на меня можешь рассчитывать, – проговорила она.
– Спасибо, мама! – подошла, обняла. – Постараюсь не злоупотреблять. Четвёртого заберу, а после приёма не знаю… – посмотрела на неё недоверчиво. – Тебе бы самой по врачам пройтись.
– Дарина, там же выходные будут. Какая поликлиника? После приёма привози Катю ко мне. А дальше видно будет, – вздохнула она.
– Ладно, мамочка, позвоню, договоримся, – посмотрела в телефон. – Ты прости, но я с Венерой договорилась в пять на квартиру сходить… Мне тогда сейчас в четыре выехать надо, – пробормотала виновато.
– Надо, так допивай чай и иди на автобус. Зачем оправдываешься? – подтолкнула ко мне ближе шоколадку. – Что ты вприглядку? Бери!