Я в разговоре участвовала, только отвечая на вопросы. В основном говорила Венера, расспрашивая Эдгара, а мы с Георгием Станиславовичем наблюдали и слушали. Эдгар говорил неохотно, больше из вежливости. А Венера словно и не замечала этого.
Зато, благодаря ей я узнала, что у Эдгара свой бизнес. Что он основатель и генеральный директор транспортно-логистической компании, которая работает на рынке спецтехники и дорожного строительства. Мне стало понятно, почему его отец чувствует себя одиноким.
Нереально управлять бизнесом, заниматься спортом и уделять должным образом внимание близкому человеку.
После ужина Эдгар растопил камин, и мы почти до полуночи ещё сидели в гостиной, медитируя на огонь.
Георгий Станиславович, правда, сослался на режим и отправился в свою комнату.
Эдгар проводил его, а затем отнёс мой чемодан в гостевую комнату, на второй этаж.
Пока его не было, Венера спросила:
– Надеюсь, ты приняла правильное решение?
– А правильное, это какое? – усмехнулась я, прекрасно понимая, что та имеет в виду.
– Правильное, это не упустить свой шанс, – фыркнула она, стрельнув в меня маслинами глаз.
– Венера, мы думаем с тобой об одном и том же, только угол зрения у нас разный, – я всё-таки решилась занять ракушку-кресло и, покачиваясь, наблюдала, как дрова, объятые оранжевыми всполохами пламени, весело потрескивают за стеклянной дверцей камина.
– Что ты имеешь в виду? – прищурилась подруга, переводя взгляд на меня.
– Да так, ничего, – отмахнулась я, услышав торопливые шаги.
Венера всегда казалась мне мудрой и рассудительной, но сегодня она почему-то, сильно раздражала.
Глава 26. А сердце хочет...
Мне и самой было интересно расспросить Эдгара, но считала, что не вправе “задруживаться” с будущим работодателем, пользуясь его чувством благодарности ко мне.
Поэтому, дождалась, когда поленья за дверцей камина превратятся в раскалённые угли, и поблагодарила Эдгара, сказав, что нам с подругой пора спать. При этом я красноречиво смотрела на Венеру. Но она, несмотря на мои сведённые к переносице брови, даже не пошевелилась в кресле, старательно делая вид, что не понимает моих намёков.
– Пойдёмте, я провожу вас, – проворно поднялся с дивана Эдгар.
Я направилась к лестнице, больше не обращая внимания на сидячую забастовку Венеры.
– И вот... – Эдгар успел сходить в столовую и догнал меня с бутылкой воды и стаканами, – после специй, скорее всего, ночью захочется пить, – пояснил он, поднимаясь за мной следом. – Пусть в комнате вода будет, чтобы не ходить ночью вниз.
На площадке между этажами оглянулась и с облегчением отметила, что подруга следует за нами.
На втором этаже Эдгар показал нам ванную комнату с душевой кабинкой и проводил в комнату, где уже стоял чемодан и цветок на столике возле окна. Отметила, что мой зелёный водохлёб отлично вписался в интерьер и вполне хорошо себя чувствует.
Напитавшись за вечер водичкой, он листьями, словно ладошками, радостнт тянулся вверх...
– Я оставил чистое постельное и полотенца в шкафу. Там же есть махровые халаты, если будете принимать душ, – проговорил Эдгар, обводя взглядом незамысловатый интерьер комнаты, состоящий из встроенного шкафа с зеркальной дверцей, двух кроватей с тумбочками и кресел возле журнального столика. Одну стену украшала репродукция картины Манэ с изображением женщины идущей по маковому полю с ребёнком. На другой висела и небольшая плазма.
Но пледы на кроватях, подушки в креслах и лёгкие шторы создавали уют.
– За стенкой комната отца, поэтому, если ночью проснётесь от посторонних звуков, не пугайтесь, – прервал моё знакомство с помещением Эдгар. – Я ему дам снотворное и обезболивающее, но мало ли что…
– Не волнуйтесь, мне обычно… – чуть не ляпнула, что храп мужа не мешал спать, но вовремя опомнилась. – Я крепко сплю.
– Ну а я, если что, включу шум дождя и вдену в уши наушники, – лучезарно улыбнулась Венера.