– Уснёшь лучше, – с сочувствием поглядывала она на меня.
– Если только… – вздохнула я. – Но утро мудренее не станет.
– Дарина! Где твой былой оптимизм?! Откуда такие упаднические нотки? – укоризненно покачала она головой, садясь по другую сторону стола. Безвыходных ситуаций не бывает.
– Не бывает, говоришь? – закусила губу я. – Но что мне делать-то? Завтра – ладно! Катя в садик, я в день на работу. А потом?
– Что-нибудь придумаем, – сказала она уверенно.
– Блин! – закатила я глаза. – А в чём я Катю завтра в сад поведу? У меня же ничего нет с собой.
– Так, она же не голая пришла, – не поняла Венера.
– Но я её каждый день в чистом вожу. За день же пачкается и потеет ребёнок.
– Ну, кинь в машинку на быстрый режим. На батарее высохнет всё, вот и чистое тебе к утру.
– И то верно! – подскочила я.
Запустив стирку, вернулась в кухню.
– Венера, а если Анатолий поймёт, что я не собираюсь домой возвращаться, он же запросто Катю заберёт из садика…
– Вот об этом я не подумала даже, – потёрла переносицу она – Знаешь, Дарина, я, конечно, могу с ней завтра побыть. Но мне кажется, тебе лучше сейчас больничный взять по уходу. А за это время мы что-нибудь придумаем.
– А как я на больничный выйду, если Катя здорова?
– Вот проблему нашла! Сама же медик. Симптомы придумать не можешь?
– Могу, – вздохнула я. – Просто ни разу так не делала.
– Ну, конечно, как ты могла такое проворачивать? Честная ты моя, – усмехнулась. – Но всё-таки, Дариш, что ты собираешься делать? Я имею в виду твои отношения с ним…
– Венера, ну, конечно, на развод подам. Только он, скорее всего, будет всячески препятствовать этому.
– С чего ты так решила? Там Марина, небось, спит и видит, что вы разведётесь. Успокоит его…
– Боюсь, он мне так просто Катю не отдаст, – вздохнула, представив, через что мне предстоит пройти.
– Это тебе так только кажется, – Венера снова пошла включать чайник. – Знаю много случаев, хоть, вон, сестра двоюродная разводилась, хоть среди знакомых… Пока живут – муж в детях души не чает. А разойдутся, в лучшем случае раз в месяц покажется, и всё. А у некоторых, так ещё и на работу устраиваются так, чтобы алименты не платить. Тебе, кстати, с этим тоже придётся столкнуться.
– Да не, Венера, ты зря. Он Катю любит, и деньгами дочку всяко обеспечит. Он же с работы ни разу без какого-нибудь гостинца или безделушки для неё не приезжал, – от воспоминаний снова защемило в груди. – Ну как он мог так поступить? – обхватила я голову руками раскачиваясь. – Ума не приложу. Неужели эта Марина для него значит больше, чем дочь и наши отношения? Мы ведь почти девять лет вместе… Как можно было всё разрушить?
– Ой, Дарина, у них, когда стояк, мозг в семенную жидкость стекает, – подруга налила чай и поставила бокал передо мной. – Я больше чем уверена, что Марина сама его спровоцировала. Тебя же периодически дома не было. А она рядом… Но, как бы ни было, он ещё сто раз пожалеет, что повёлся на неё. Вот увидишь!
– Не знаю, пожалеет ли, – засомневалась я. – Он сына хотел. А я всё не могла решиться. Ждала, чтобы Катя подросла. Боялась, что снова в нищете сидеть придётся, когда в декрет выйду. Хоть и платят, но на двоих, сколько денег надо… Вот и дотянула, что муж мне замену нашёл.
– Так радуйся! – усмехнулась Венера, выжимая дольку лимона в чай. – Сейчас бы с двумя подпрыгивала: “Что делать? Где жить?”
– Да ну тебя! – покачала я головой. – Был бы маленький, он бы с меня пылинки сдувал.
– Так возвращайся, раз Анатолий такой чудесный у тебя. – укоризненно посмотрела на меня. – Будете жить все вместе… И пылинки он будет сдувать с обеих сразу!
Не стала ей ничего отвечать. Хоть любила Венеру, как сестру, но иногда она была несносной.
– Ладно, Дарина, не сердись, – сделала она виноватое лицо. – Просто… Ну как можно после всего, что ты сегодня о нём узнала, обманывать себя?
– Не знаю, Венера, – сделала глоток чая. – Только мне трудно разом вычеркнуть из памяти то хорошее, что было между нами за все эти годы. Даже не верится, что это всё наяву, а не в кошмарном сне…