-- Надо было удалить ее. Ей все равно, -- с горечью говорит Лера.
-- Вам нужно уходить от него, -- настаиваю я.
-- Я… это не так просто…. -- вздыхает Лера.
Я неосознанно продолжаю гладить Леру по щеке большим пальцем. Ласково, нежно. Мне самому это нужно. И продолжаю ее держать.
Я провожу рядом с трещиной на ее губе. Легкое два заметное движение, но Лерино дыхание сразу учащается. Наши лица так близко, что я чувствую ее дыхание.
-- Виктор… -- произносит она мое имя шепотом, глядя в глаза.
Наши объятия не похожи на интимные, но у меня внутри что-то теплеет, что эта девушка рядом. Я не просто могу ей помочь. Я могу и хочу защитить ее.
Прижать к себе так крепко, чтобы никто не мог ее тронуть, навредить.
У меня появляется необъяснимое желание избавить Леру от одежды. Но только с той целью, чтобы проверить, нет ли на ее теле еще синяков и ушибов.
-- Лера, вы должны заявить в полицию. Должны уйти от мужа.
Но, видимо, я что-то задеваю в ее душе. Она отстраняется и выпутывается из моих рук. И я ощущаю холод.
-- Они ничего не сделают. Но если Дима узнает об этом, то… мне просто некуда возвращаться будет. Он… будет злиться.
Лера вдруг шагает вперед. Ко мне. И я подхватываю ее. Притягиваю к себе. А она утыкается лбом мне в грудь и шепчет с надрывом:
-- Я боюсь… Я боюсь его…
Она говорит это так тихо и в то же время с запалом, как будто никогда больше никому в этом не признавалась.
Я медленно обнимаю ее. Глажу по волосам, пока ее горячее дыхание опаляет мою рубашку и заставляет сердце биться чаще.
Веду ладонью по спине и останавливаюсь у затылка.
Зарыться пальцами в волосы слишком интимно. За этим неизбежно последует поцелуй. Но она не ответит. Я знаю.
И тогда я опускаю ладонь на ее плечо.
-- Идемте. Я подвезу вас.
Лера кивает, отстраняется, но я не сразу могу ее отпустить.
Я бросаю на нее украдкой взгляды во время дороги. И крепче стискиваю руль, когда она предлагает мне остановиться и высадить ее на остановке.
Я даже головы не поворачиваю.
-- Нет.
Мой голос звучит так твердо, что Лера больше не предпринимает попыток.
Когда я заезжаю во двор и останавливаю машину возле дома, на который мне указывает Лера, она поворачивается ко мне.
-- Спасибо вам, я пойду домой.
-- Тебе нельзя возвращаться, -- я так возмущен, что перехожу на неформальное «ты».
-- Это мой дом, -- говорит она с холодной решимостью.
Все напрасно. Лера выходит из машины. У едва успеваю схватить ее за руку, и она вздрагивает. Едва сдерживает крик.
-- Прости, я не хотел тебя пугать. Вот, возьми.
Я достаю из бардачка ключи от старой квартиры и протягиваю их Лере.
-- Что это? -- недоуменно смотрит она.
-- Я там больше не живу. Это моя старая квартира, но в ней можно жить.
-- Я не могу…
-- Можешь! -- резко перебиваю Леру и понимаю, что переборщил. С ней так нельзя. -- Если тебе некуда идти, ты можешь поехать туда.
Я достаю визитку с ручкой и быстро чиркаю адрес. Вкладываю в хрупкую ладошку к ключам.
-- Я не знаю, как тебя убедить. Ты подвергаешь себя опасности.
Лера опускает взгляд, а ее ладонь невольно ложится на живот. И я замечаю этот жест.
-- Лера? -- зову ее, но она не реагирует. -- Ты… беременна?
-- Я не знаю, -- признается она, пожимая плечами.
Я не нахожу слов. Отворачиваюсь, разглядываю двор, провожу по волосам и оттягиваю галстук, который вдруг резко не дает дышать. Я пытаюсь совладать с эмоциями, что бушуют в груди, что не дают говорить.
Но понимаю, что с ней иначе нельзя.
-- Пожалуйста, -- я снова смотрю на Леру. -- Добавь мой номер в быстрый набор. Храни ключи поблизости. А при любой, хоть малейшей опасности, просто уходи. Теперь тебе есть куда.
Глава 15
Еще никогда ни от кого я не чувствовала такой поддержки и не видела в глазах столько эмоций.
И тогда я сжимаю ключ и карточку. Киваю и молча выхожу.
Я иду к дому, и только одна мысль бьется в голове:
«Виктор видел. Он все знает».
Пока он вез меня домой, я сидела, прижавшись к дверце, и смотрела в окно, но вместо домов и людей перед глазами было только его лицо, как она разглядывал меня в туалете ресторана.
Жалость, горечь, тоска. Но ни капли брезгливости.
А еще что-то другое было, отчего внутри все сжималось.
Его глаза были темными, почти черными.
Подъезд встречает меня запахом сырости и отвратительным дымом сигарет. Я поднималась по лестнице, прислушиваясь к каждому звуку.
«Пожалуйста, пусть его не будет...»
Ключ дрожит в моих пальцах, когда я вставляю его в замок.