Развод. Путь к свободе

-- Но позволь мне спросить одно, -- Виктор делает паузу, а в глазах мелькает что-то странное. -- Ты действительно хочешь уехать?

Я хочу крикнуть ему «да!», но правда в том, что я не знаю.

Мне кажется, что так я смогу сменить жизнь. Избавиться от страха. Начать новую жизнь.

-- Я... -- я не договариваю.

Поймет ли он меня.

Виктор медленно поднимает руку, давая мне время отпрянуть. Но когда я не двигаюсь с места, он осторожно стирает мои слезы большим пальцем.

-- Останься сегодня здесь. На одну ночь. Если завтра ты все еще захочешь уехать, я сам куплю тебе билет.

-- Обещаешь? -- шепчу я, не замечая, как льну к нему.

-- Клянусь.

В его глазах тепло. Он сдержит слово.

Виктор

Причину Лериной злости мне удается узнать практически сразу. Когда я выхожу из больницы, мне звонят взволнованные кадровики.

-- Что случилось, повтори спокойнее, -- прошу я сотрудницу.

-- Лерина мать звонила, говорит она в больнице. Лера ей не отвечает, говорит мы должны знать где она.

-- Все верно, я знаю.

-- Тогда может вы...

Сотрудница присылает номер. Я звоню, но после того, как представляюсь, понимаю, что вести разговор с этой женщиной бессмысленно.

-- Вы же знаете, в какой она больнице? -- спрашивает Лерина мать.

-- Знаю.

-- Когда ее выпишут?

-- Вас только это беспокоит? Обычно первым делом спрашивают о состоянии, о прогнозах...

-- Вы мне лучше скажите, ей заплатят за больничный как положено? У моей же Лерочки кредиты, а еще... -- она замолкает, а потом приглушив голос, как будто тайну говорит, выдает: -- У ее мужа некоторые проблемы, нам бы адвоката найти хорошего. Может у вас есть кто знакомый? Вы же важный человек, у вас своя фирма...

Я медленно прикрываю глаза.

-- Есть у меня адвокат. Я уже сообщил его контакты вашей дочери.

-- Ой, спасибо вам! А то у них такая беда случилась в семье.

-- Я знаю. Все знаю.

Женщина стихает, явно понимая, что мне известно больше, чем просто якобы несчастный случай.

-- Ну тогда вы должны понимать, иногда такое бывает. Поможете ей?

Я ни черта не понимаю и не хочу понимать. Но знаю одно -- Лере я помогу. Помогу сбежать от таких родственников, которые ее не оставят в покое.

Я завершаю вызов. Несколько секунд размышляю, постукивая телефоном о ладонь, оглядываюсь на окна больницы. И набираю еще один номер.

-- Сергей, возьмешь на свой новый проект мою сотрудницу с полным трудоустройством?

-- Даже так? -- удивляется приятель после долгой паузы.

-- Да.

-- Сам отказываешься?

-- Возможно, в другой раз. Это же не последняя твоя сеть, -- усмехаюсь я. -- А сейчас одному человеку очень нужно сменить обстановку.

-- И как ее зовут? -- в голосе Сергея звучит насмешка.

-- Лера.

-- Значит, вытащил ее?

-- Не так, как хотелось бы, но да.

Сергей вздыхает. Был бы он рядом, похлопал бы по плечу в знак поддержки. Но он красноречиво молчит в трубку.

-- Хорошо. Как сможет, выходит, будет руководителем проекта. С условиями точно не обижу, ты меня знаешь.

-- Знаю.

Сергей не допытывается о подробностях и не спрашивает, где она сейчас. Он все устроит.

До Санкт-Петербурга далеко. Незнакомый город... Но Лера справится. Оживет.

Я приезжаю домой и открываю сайт с объявлениями о сдаче квартир. Ищу подходящую для нее, недалеко от места работы. Риелтор по видеосвязи проводит экскурсию. Сразу перевожу ему аванс за полгода, ключи он передаст Сергею.

Я покупаю билеты на «Сапсан», распечатываю их, встаю и подхожу к окну. Где-то там, за стенами больницы Лера. Но больше ей не о чем переживать.

Она хочет бежать. Это инстинкт. А я дам ей путь для бегства. Но безопасный.

Мне придется отпустить ее.

У меня же остается еще одно дело.

Глава 25

Время на часах уже позднее, но я все равно набираю номер, который уже давал Лере. Она договаривалась с юристом о встрече при мне, но из-за больницы так и не пришла.

На том конце связи отвечают сонным бормотанием:

-- У вас есть тридцать секунд, чтобы убедить меня не вешать трубку.

-- Марк, это Виктор Коршунов.

-- Который час? -- уже бодро звучит голос Марка Лазарева, лучшего бракоразводного юриста города. -- Ты в курсе, что я беру за консультации в нерабочее время пять тысяч в минуту?

-- Я пришлю тебе ящик французского крепкого, -- хмыкаю я.

-- Два, -- моментально отвечает Марк. -- Давай, рассказывай, с той девушкой что-то?

-- Да, -- вздыхаю я и провожу ладонью по лицу, снимая морок усталости.

Я открываю папку, в которой собраны копии медицинских заключений Леры, фотографии синяков.