Больше у нас нет холодных рабочих переписок. Мы пишем друг другу разные глупости каждый день, мы созваниваемся по вечерам. Виктор задерживается в Москве на две недели, ему приходится подготовить себе замену, передать проекты, который он вел, своему заместителю. Сбор вещей и отправить их грузовой компанией, по словам Виктора тоже занимает время.
Но все это вдруг пропадает в один день. Я не получаю от него привычного сообщения в обед, на мои сообщения он не отвечает. Но я терпеливо жду вечера, когда мы с ним обычно возвращаемся с работы и созваниваемся. Мало ли работы свалилось много. Я бы могла и Наташке подруге позвонить узнать, но о наших с Виктором отношениях никто не знал. Мне не хотелось об этом кричать, сохраняя свое счастье в тишине.
Я закрываю последний файл на компьютере и потягиваюсь, чувствуя усталость в спине. Смотрю на вкусняшки на столе по случаю дня рождения Оли, я так и не притронулась к ним сегодня. Последние пару дней очень странное состояние, хочется постоянно спать, а от еды чувствуется тяжесть, как будто лишнего переела. И я бы даже сказала тошноту легкую.
Коллеги собираются домой. Я тоже. Зимой темнеет рано.
Раньше темнота меня пугала, я боялась возвращаться домой, хотя и работала допоздна. Но все в прошлом. А сейчас за окном выпал первый снег и укрывает своей белизной все вокруг. Еще утром передавали в прогнозе погоды, что ожидается ухудшение погоды и говорили о том, что водителям пора менять шины, на дорогах будет опасно и скользко.
Я надеваю пальто и спускаюсь на лифте, когда телефон звонит. Я вижу имя Виктора и скорее нажимаю зеленую кнопку, спеша принять звонок.
Но связь в лифте плохая, я почти не могу разобрать его слова. Разбираю только отдельные обрывки фраз. Что-то про «машина», про «из Москвы»...
Когда я не разбираю слов, я теряюсь. Смотрю на медленно сменяющиеся цифры на табло в лифте и молю, чтобы он уже быстрее приехал и открыл двери. Чтобы я вышла и могла, наконец, поговорить с ним.
От волнения живот скручивает, к горлу подступает ком, который с трудом удается протолкнуть. Я делаю несколько глубоких вдохов, и наконец лифт останавливается.
-- Алло, ты меня слышишь? -- переспрашивает Виктор.
-- Да, Вить, да. В лифте была. Что случилось?
-- Говорю на машине из Москвы мчал...
Я выхожу на крыльцо и застываю, услышав и поняв, что он мне говорил. Волнение вспыхивает в груди. Все эти утренние предупреждения метеорологов всплывают в памяти, мне становится трудно дышать. Я вижу снег, выпавший на дороги на улице, и в глазах становится мутно. Все белеет. А потом я вижу его. Он стоит на парковке у здания, возле своей машины, заложив одну руку в карман, а второй прижимая к уху телефон. Мое сердце екает, замирает и снова пускается вскачь.
Холодный вечерний воздух щиплет щеки. Я отключаю вызов и спешу к нему. Я бы хотела бежать, но идти приходится осторожно, чтобы не упасть.
Но Виктор спешит ко мне сам. Подходит и обнимает, прижимает к себе и целует.
-- Как же я соскучился, -- шепчет он в ухо. -- Опять задержалась, -- говорит он с легким укором.
-- Всего на чуть-чуть. На пятнадцать минут.
-- А я уже запереживал.
-- Это ты меня сегодня заставил переживать! -- я бью его ладонью по плечу, и снежинки сыплются с его куртки. -- Почему не отвечал на мои сообщения и звонки.
-- Я за рулем был, прости, -- виновато улыбается Виктор.
Он разворачивает меня и берет за руку. Ведет к машине. Я обращаю свой взгляд на крыльцо офисного здания, где стоят несколько наших коллег с застывшими удивленными лицами. Среди них и секретарши с грустными взглядами, и моя подруга Оля, с лица которой не стереть довольную ухмылку и вид «я так и знала». А я понимаю, что они стали свидетелями нашей встречи, объятий и поцелуя. До меня доносятся обрывки их фраз «черт, а я так надеялась», «придется другого искать, этот занят»...
Виктор открывает для меня пассажирскую дверь. Я сажусь, пристегиваюсь и прикладываю ладонь ко рту.
-- Что такое? -- спрашивает он.
-- Немного нехорошо.
Виктор хмурится, но заводит двигатель. Мы едем по вечернему Санкт-Петербургу, но я внезапно понимаю, что мы едем не ко мне домой.
-- Вить, куда мы едем? -- уточняю я.
-- Ко мне.
-- К тебе?
-- Ты переезжаешь ко мне.
-- Но... как же мои вещи?
-- Я все собрал и все твои вещи уже у меня.
Я поворачиваюсь и встречаюсь с теплым взглядом. Виктор счастлив. По-настоящему. Я не видела его таким в Москве. Ни разу. Он был похож на холодного робота, который только и делает, что выполняет проекты. Но сейчас все было по-другому, и я счастлива с ним.