Хозяин дома, имя которого я так и не узнала, приподнял уголок губ в холодной, как у робота, улыбке. В ней не было эмоций, не было тепла. Простое механическое действие, от которого мне стало только хуже.
Он склонил голову к плечу, разглядывая меня под углом. Он уже и так рассмотрел всё, что мог – в коридоре, на улице, здесь. Но всё равно продолжал поглаживать меня взглядом, представлять, как мнётся упругая плоть под его большими сильными пальцами, как на моей коже остаются белесые, быстро краснеющие полосы.
Я сглотнула, но вязкие слюни прилипли к нёбу, мешая нормально дышать.
Я не знала, куда себя деть. Мне было одновременно неловко, неуютно, страшно и отчего-то волнительно стоять перед ним.
Как в детском кошмаре, где ты совершенно голая стоишь на сцене в лучах прожекторов, и из темноты зала на тебя смотрят тысячи людей. Вот примерно такие же ощущения.
Хотелось выпрямить спину, вскинуть подбородок и храбриться, не показывая своего страха. И одновременно с этим – удрать, сверкая пятками.
Но с “удрать” у меня были явные проблемы.
Я невольно вздрогнула, вспомнив об этом, и с искренним страхом спросила у мужчины:
– На улице были волки?
По его тонким, четко очерченным губам скользнула мимолётная улыбка.
– Да, – голос звучал теперь уже спокойно, размеренно, как у победителя, никуда не спешащего и ни в чём не сомневающегося. – Тебе повезло добраться сюда целой и невредимой. На всю округу мой дом единственный.
Я очень порадовалась тому, что он начал нормально отвечать, и поторопилась задать ещё один волнующий вопрос:
– А куда вы выходили?
– Проверял собак, – его голос не изменился, но взгляд внимательно отслеживал мою реакцию.
Которая была!
– У вас собаки? – я почувствовала, как побледнело лицо и споткнулось на подъёме сердце.
Моё положение становилось всё хуже. Мало мне было заблудиться ночью в грозу в лесу. Так тут ещё волки добавились, а к ним – озабоченный мужчина с псами.
Нужно быть полной идиоткой, чтобы попытаться сбежать в таких условиях.
Я с тоской покосилась на закрытое жалюзи окно.
– Рад, что ты наконец включила голову, – заметив мой взгляд, покровительственно произнёс мужчина.
Я едва слышно вздохнула в ответ, опустив голову и уткнувшись взглядом в пол. Лишь бы на него не смотреть.
– У меня был шок, – попытавшись оправдаться, пробормотала я.
Ну и надеялась, что кое-кто забудет о своём требовании переодеваться перед ним. И уйдёт.
Ещё чего, я лучше в мокром останусь, чем разденусь перед незнакомцем!
– Я так и понял, – хмыкнул он весело, – он у тебя забавно проявляется. Ты как зайчонок, который требует у волка его не есть.
Не меняя напряжённой позы, я вскинула на мужчину взгляд.
– Я красивых девочек не ем, – улыбнувшись шире и хитрее, коварно протянул он.
Мои губы мелко задрожали. Потому что всё в нём говорило ровно об обратном.
– Итак, – он вскинул бровь, с большим комфортом устроившись на стуле, – приступай. И можешь начать рассказывать, как ты оказалась в этих краях.
Я передёрнула плечами, опустила голову и посильнее прижала к себе полотенце.
– Я уезжала в город из базы отдыха и заблудилась в лесу.
Конечно, сейчас, расскажу я ему обо всём.
– Ты плакала, – прямо выложил он.
– Это дождь, – я упрямо настаивала на своём.
– Значит, у тебя всё в порядке? – вкрадчиво уточнил он.
Нет, у меня большая проблема – сидит на стуле, широко расставив ноги, и нагло меня разглядывает.
– Да. Какое это сейчас имеет значение? – здраво рассудила я. – Слушайте, мм… спасибо, что впустили меня. Я Вера.
Подняв голову, выдала вежливую улыбку, всё ещё надеясь на благоприятный исход.
Мужчина даже ответил любезностью на любезность.
– Амир.
Надо же. Ну да, не стоило ожидать, что у человека с такой внешностью будет имя Алексей или Василий.
Амир. Ему идёт. Что-то горячее, обжигающее кончик языка, со сладкой горечью и запахом пряностей.
– Вер-р-ра, – в свою очередь низко, с вибрацией, протянул он, пробуя, как и я, имя на вкус.
У меня мурашки побежали по ключицам от того, как он это произнёс. Никто и никогда не называл меня вот так. До звёздочек перед глазами и судороги в коленках.
– Вера, – повторил он, выворачивая меня наизнанку своими глазами, – ты же понимаешь, девочка, что за помощь в нашем мире принято платить?
Опять он за своё. Только мне кажется, что мы отошли от опасной темы, как он опять в неё возвращается.
– А давайте я вам ужин приготовлю? – с заискивающей улыбкой предложила я.
– А ты умеешь? – Амир удивлённо изогнул брови.