Девушка прищурилась. Патриция? Плохо помнилось, как та выглядела, но, вроде бы, то была именно она. Настоящая королева своего бала — в блестящем, тёмно-красном платье с мелкими пайетками, которое сидело точно по фигуре и кончалось немного ниже, чем начинались ноги. Мужчина качал в руке бокал с вином, прикрывал глаза и… что-то рассказывал. Вряд ли отпускал шутки в адрес хозяйки, скорее уж правда что-то рассказывал, возможно, даже пытался заинтересовать.
В горле распухал ком. Оказывается, Арн не такой уж и затворник, каким позиционировал себя много лет. Сонн не могла понять, почему, но чувствовала бессильную боль и опустошение. Хотелось отвернуться, но она смотрела на это зрелище словно под гипнозом.
Семь лет. Два ЭКО. И в горе, и в… радости? Девушка стиснула зубы и принялась моргать, глядя на темнеющее сине-малиновое небо. Какая теперь разница? Пустое. Он не ставил её ни во что. Но, может, кого-то ещё будет ставить. Может, кого-то полюбит нормально.
Нужно было начать с кем-то разговаривать. Начать расспрашивать, осторожно, внимательно наблюдая за реакцией, но крошечные каблучки словно приросли к земле. Не хватало сил сделать шаг, хотелось провалиться сквозь землю и никогда больше тут не появляться. У неё развод — ей не до праздников. У неё больной на голову сталкер — ей не до развлечений.
Сонн сцепила зубы и решительно пошла вперёд.
* * *
— Мистер Бауэр, здравствуйте, — сладко тянула Патриция, глядя на своего самого желанного гостя. — Я очень ждала, что вы придёте. А… вы с женой или один? — Она топталась возле входа в дом. Не решалась пригласить гостя внутрь, но и уходить с ним в толпу тоже не решалась. Не хотелось.
— Она должна быть где-то здесь, — спокойно ответил мужчина, глядя на бокал с багровой жидкостью.
— А вы что, в ссоре? — Девушка прищурилась, изучая взглядом лицо Арнста. — Вы… какой-то не такой, мне кажется.
— Да, вроде того, — он прикрыл глаза. — Мы разводимся. Так… вышло.
— Господи, я не знала, — Патриция раскрыла широкие чёрные глаза и вскинула брови. — Мне очень жаль. А в чём причина, если не секрет? Не сошлись характерами?
— Мне бы не хотелось это обсуждать, — сквозь зубы, с фальшивой улыбкой цедил Бауэр. — Хорошо?
Он вздохнул и сдвинул брови. Внимательным взглядом осматривал толпу, где искал светлую голову, утыканную цветочными головками. Должна, вроде как, быть где-то здесь. Арн точно видел, как она выходила из дома вслед за ним. Как неуклюже ковыляла на ненавистных каблуках, а ему хотелось улыбаться, глядя на это зрелище. Конечно, в тени худой рощи она не видела, что на неё смотрят. Никогда не замечала.
— Так бывает, — Патриция потупила глаза. — У вас, вроде бы, нет детей. Делить особо нечего, так что всё должно пройти гладко, я думаю…
— Угу, гладко, — мужчина не прекращал сверлить взглядом прохожих.
— Так что, может, пройдём с вами внутрь? — девушка неловко подняла брови. — В смысле… ну, в дом. Я бы попросила вас помочь мне кое с чем.
Он на автомате кивнул, как вдруг в дверном проёме показалось ещё одно миловидное женское лицо. Незнакомка одёргивала такое же короткое, как у хозяйки вечера, платье, постоянно поправляла в груди фиолетовые складки и тихо чертыхалась себе под нос. Смахивала с лица объёмные кудрявые карамельные пряди.
— А это моя младшая сестра, — Патриция улыбнулась. — Кристина Розье.
Девушка подняла голову, уставившись на мужчину, и тут же лицо побагровело, щёки начали покрываться контрастной сосудистой сеткой.
— Профессор Бауэр? — облизнув губы, шокировано спросила та. — Добрый… добрый вечер.
— Добрый, — Арн равнодушно поднял брови. — Приятно познакомиться.
— Профессор Бауэр, это я, — Кристина неловко улыбнулась, глядя ему в лицо. — Вы меня не помните? Я была на всех ваших лекциях. Вообще на всех. Я подходила к вам в конце, просила подписать книгу. — Щёки продолжали краснеть, дыхание сбивалось. — Я так рада вас тут видеть.
— Взаимно, — мужчина растянулся в вежливой, фальшивой улыбке. — У меня на каждой лекции более двухсот студентов, и многие просят подписать книги. Не обижайтесь, но я не могу помнить всех, — Арн прикрыл глаза и пожал плечами. Он действительно не помнил.