— Если ты не любишь со мной гулять, мы могли бы провести вместе время как-то по-другому, — тихо ответила Сонн. — Мне просто хотелось, чтобы мы стали ближе. Чтобы ты… обнимал меня. Чтобы говорил комплименты.
— Сперва оденься нормально — потом я подумаю насчёт комплиментов, — мужчина прищурился. — Мне уже не нравится этот разговор. Я знаю, куда он идёт. Снова ты будешь мне навешивать, какой я плохой. Твою мать, Сонн, меня достало это нытьё.
— Когда ты на мне женился, ты не вспоминал про рубашки, — девушка сжала кулаки. — И не хаял мою готовку. И не унижал меня.
— Я женился на двукратной победительнице конкурса красоты нашего округа, — Арн раздражённо щёлкнул зубами, скрестив руки на груди и оперевшись на стену рядом с дверью. — Миловидной Сонн Саксесс. И каков итог? Ты перестала побеждать. Ты не оправдываешь свою фамилию ни на йоту и… чёрт бы с ним. У меня не было инфантильной мечты в духе «моя жена будет побеждать до старости», нет. Я просто хотел себе красивых детей. Однако тут тоже полный провал: молодая, здоровая жена не может забеременеть. — Мужчина закатил глаза. — Позорище. Люди думают, что я импотент или скрытый гей. Ах да, и вишенка на торте — ко всему прочему, ты просто отвратительная хозяйка. Я терпеть не могу твои пироги, а мясо, которое ты жаришь, по вкусу — как подошва ботинка. Если бы я не мыл полы сам или не вызывал клининг, мы бы жили в хлеву, хах. Если бы не заказывал еду — жили бы как в голодном хлеву, на отвратных пирогах. И вместе со всем этим я тебя не бросил, заметь. Не. Бросил. Но прямо сейчас начинаю жалеть об этом.
— Понятно, — сдавленно прошептала девушка. — Я пойду.
— Иди, — Бауэр вздохнул и прикрыл глаза. Перегнул? На секунду ему показалось, что да.
Она медленно развернулась. Глаза неадекватно поблёскивали на свету, но Сонн тут же смаргивала лишнюю влагу.
Не получилось разговора. Как и всегда.
* * *
На улице дышалось легче. Голубое небо немного развеяло печаль и пустоту токсичного брака. Девушка садилась среди белых цветов во дворе, закрывала глаза и чувствовала лёгкий, нежный запах.
Когда-то давно они лежали тут, во дворе, вдвоём. Смотрели на звёзды, и Сонн слушала рассказы мужа о космосе: о типах галактик, теориях, об эпохе квазарной активности. Всё это было словно в другой жизни, с другим Арном. Возможно, пора перестать держаться за прошлое и пытаться что-то вернуть. Пора принять реальность такой, какая она есть. Давно пора.
Ресницы намокали. Она ничего не могла поделать с тем, что любила его. Злобного, циничного, саркастичного, высокомерного. Любила искренне, но их отношения быстро постарели и прогнили, словно старый дощатый пол. Рассыпались в труху. Держались только на тяжёлой похоти. На сколько хватит этой похоти? Пока не появятся первые морщины?
Неподалёку послышался гул мотора, и Сонн резко вскочила с травы. Раздался лай собаки, поднялся ветер. Девушка ухмыльнулась себе под нос и принялась обходить дом — бежевый, обшитый ракушечным кирпичом, с белыми наличниками на крупных окнах.
Шумели кусты, далекие деревья, слегка покачивались на ветру головки диких цветов. Сквозило. Здесь, в этой дыре, редко кто-то ездил — разве что гости или соседи. Дома были хаотично раскиданы в сотне метров друг от друга, прятались в редких посадках. Скрывались среди пустых заброшенных пастбищ и узких виноградников. Пахло прохладной весной. Где-то далеко хулиганы жгли старую траву, а запах тлеющих листьев приносили случайные потоки. Небо клоками заволакивали тонкие облака.
По сухой щебенистой дороге, в нескольких десятках метров от дома, ехал серый внедорожник с открытыми окнами. Мужчина за рулём что-то кричал в трубку телефона, но, увидев возле дома соседей девушку, резко затормозил. Удивлённо вскинул брови, ухмыльнулся во всё лицо — и тут же принялся вылезать.
— Миссис Бауэр, доброе утро, — молодой человек игриво склонил голову и прикрыл глаза. — Собираетесь куда-то? Подвезти?
— Привет, Корнелий, — девушка отчуждённо вздохнула. — Нет, я просто вышла пройтись. Подышать… воздухом.
— Составить вам компанию? — Мужчина склонил голову чуть вбок, скрестив руки на груди. — У меня сегодня свободный день.