Иду на кухню, делаю себе чай, достаю творожок и кусочек батона. Сажусь на стул, где открывается вид из окна, и наблюдаю, как Максим и Богдан разъезжаются.
Это дурдом. Эта бешеная встреча, которая переворачивает мою жизнь, совсем выводит из равновесия. Как он вообще мог вернуться в этот город? Как Максим вообще вспомнил о нем?
Богдан будто чувствует мой взгляд и поднимает голову. Наши взгляды пересекаются, и эта его чертовская ухмылка опять злит. Максим следует за взглядом Богдана и натыкается на меня. Он хмурится, но рукой машет. А я не могу улыбнуться и радостно ему махать, как раньше.
Я в западне своих мыслей.
Они садятся по машинам и выезжают с парковки. А я остаюсь один на один со своими мыслями. Пока завтракаю, думаю о том, реально ли может Максим мне изменять?
А если так?
Что ему не нравится?
Выкидываю в мусорку пустую коробку, залпом выпиваю чай. Иду в ванну и встаю напротив большого зеркала. Залезаю в душ, быстро моюсь, а затем начинаю приводить себя в порядок. Вначале укладываю волосы, наношу макияж и трачу на него пару часов точно, потому что бросает то в яркость, то в вечерний макияж, то в нюдовые и пастельные тона. Как только я остаюсь довольна своим образом, иду в комнату и выбираю себе наряд. Поеду к ним в офис. Попробую разобраться… Посмотрю на эту секретаршу и приму решение. Беру изумрудного цвета платье, которое идеально подчеркивает фигуру, а разрез на ноге дополняет образ и делает его более сексуальным. Надеваю золотые туфли на шпильках и беру в тон сумочку. Смотрю в зеркало и понимаю, что я красивая. Ухоженная, у меня есть своя квартира, не треплю нервы, люблю его…
Да что не хватало?
Сердце подпрыгивает в груди, когда раздается резкий звонок в дверь. Неужели кто-то явился с неожиданным визитом? Я выхожу из своей комнаты и направляюсь, чтобы открыть. Передо мной стоит секретарша Инна с ухмылкой на лице.
— Привет, — произносит она, ее голос звучит почти угрожающе. — Я думаю, нам с тобой пора серьезно поговорить.
— Понимаешь, — продолжает Инна, понизив голос, — я давно наблюдаю за тем, как твой муж относится к тебе. И должна сказать, мне не нравится то, что я вижу.
Она приближается, ее взгляд пронзает меня насквозь.
— Я знаю, что ты с Максимом переживаешь трудные времена, — говорит она. — И я здесь не для того, чтобы причинить тебе боль, а чтобы помочь.
Я чувствую, как в моей груди зарождается паника. Что она хочет сделать? Да как у нее рот вообще открывается такое мне говорить?
— Помочь? — заикаюсь я. — Каким образом?
Инна усмехается, и ее глаза загораются хищным блеском.
— Я думаю, что Макс нуждается в ком-то, кто будет больше понимать и ценить его, — говорит она. — Кто-то вроде меня… нас…
Мой мир рушится на глазах. Я никогда не думала, что Инна может испытывать такие чувства к моему мужу. Она всегда была такой открытой и доброй. Ни слова, ни взгляда, когда была у них в офисе… Перед глазами пелена. Я начинаю отрицать даже то, что вчера ночью читала в его сообщениях.
— Врешь! У вас с ним ничего не может быть! — восклицаю я. — Он любит меня.
Инна лишь смеется.
— Разве? — насмехается она. — Я бы на твоем месте не была так уверена. Любовь с привычкой часто путают и не замечают очевидных вещей.
— Ох, поверь мне, я прекрасно вижу, что происходит, — продолжает Инна. — Я знаю его как свои пять пальцев. Он не из тех мужчин, кто хранит верность женщине, которая не может забеременеть. Такие мужчины ищут сильнее женщину, чтобы продолжить род…
— Ты лжешь… — сквозь зубы говорю я, пытаясь удержать слезы. — Он никогда бы не сделал ничего, что могло бы мне навредить.
Инна наклоняется ближе, ее глаза сверкают хитростью.
— Может быть, сейчас он не причиняет тебе боли, но это не значит, что этого не сделает. Помни мои слова: он такой же ненадежный, как песочный замок на ветру. И зачем ему ты? Бизнес у него есть, а твоя квартира совсем не то, за что можно держаться… А у нас будет с ним ребенок. Наследник… Как он хотел! А ты держишь его и не отпускаешь. Уходи и никогда не возвращайся. Сделай одолжение, дай счастливо пожить, — она говорит так расслабленно и нагло, будто чувствует себя не любовницей, а уже его женой.
Мой мир рухнул…
Теперь я все знаю, и уже ничего не будет прежним. Доверие было предано, мир перевернулся, и будущее стало неопределенным. Невыносимая боль от разочарования и отчаяния угрожала поглотить меня целиком. Но я не заплачу. Приподнимаю бровь и смотрю сопернице в глаза…