Мне нужно привести мысли в порядок и хоть как-то унять эту пульсирующую боль.
Вытаскиваю косметичку из сумки и смотрю в зеркало, появились синяки под глазами, и вообще кожа очень бледная. Достаю только бальзам для губ, потому что такое ощущение, что обветрились.
Не знаю, чем так недоволен Богдан. Его ответ мне не дает покоя. Он что-то знает.
Перевожу взгляд на него и встречаюсь с заинтересованным синими глазами.
— Что? — возмущаюсь я.
— Думаю, как тебе удалось Макса на себе женить, — хмыкает и отворачивается к окну. — Есть дети?
Меня напрягают такие вопросы, а еще больше волнует нездоровый интерес Богдана.
— Знаешь, лучше молчи. А то сотрясение будет и у тебя, — гарантирую ему и отворачиваюсь.
Богдан усмехается и сворачивает на парковку. Останавливается прямо возле входа клиники и первым выходит из машины. Я так же резко стараюсь выскочить, чтобы он не касался меня, но тот шустро обхватывает меня за талию и ведет внутрь.
Вот жук, как он так быстро ходит? Или это я как черепаха передвигаюсь?
Он открывает дверь и пропускает меня. Я, опираясь на Богдана, вхожу в приемную отделения травматологии. Смотрю в отражение стеклянной двери и вижу бледное лицо, глаза затуманенные, и от этого вида испытываю сильную головную боль.
— Что у вас? — спрашивает медсестра в регистратуре, и я передаю ей документы.
— Голова, скорее, сотрясение, дверью ударили, — слабо бормочу почти себе под нос.
— Проходите к врачу, — она отдает мне листок, который забирает Богдан.
Он провожает меня в кабинет и вместе со мной заходит.
— Здравствуйте, что у вас произошло? — теперь спрашивает доктор.
— Я ударил ее дверью по голове. Она потеряла сознание на несколько секунд, а когда пришла в себя, испытывала сильную боль и головокружение, — объясняет Богдан, и я в замешательстве перевожу на него взгляд.
— Бывает и такое, присаживайтесь, давай посмотрю тебя, — доктор осматривает меня, проверяет рефлексы и зрачки. Задает еще вопросы о моем самочувствии и выносит вердикт. — Да, девочка, у тебя сотрясение. Сделаем укол обезболивающий. Чтобы убедиться, что ничего серьезного нет, нужно понаблюдать, — говорит он. — Я отправлю вас на компьютерную томографию, чтобы исключить кровотечения, переломы, ушибы.
У меня начинается повышаться давление. Мне реально становится страшно. А если там что-то серьезное? Да и как? Я же беременна…
— А... Можно при беременности ее делать? — тихо спрашиваю и чувствую, как напрягается рука у Богдана на моем плече.
— Нет, тогда обойдемся без томографии, — врач проводит еще некоторые тесты и делает записи в карточку. — Не переживайте, все будет хорошо. Покой, постельный режим, принимать можно «Но-шпу» от головной боли, никакого телевизора или телефона.
Лежать… Это мне нравится.
— Молодой человек, — доктор обращается к Богдану. — Отвезите жену домой, и не оставляй ее без присмотра, если будет тошнота, потеря сознания, не дай бог, невнятная речь, дезориентация в пространстве, то возвращайтесь немедленно ко мне. Главное, будь рядом, окружи заботой и не давай ближайшие 8 часов спать, — отдает приказ врач.
— Да, обязательно, — отвечает он и помогает встать со стула. — Пойдем, дорогая. Я отвезу тебя домой, — приторно-сладко произносит Богдан, чем сильнее раздражает меня.
Как только мы выходим в коридор, я резко тяну мужчину на себя.
— Не говори Максиму про ребёнка… Он не должен знать о беременности…
— Что? — опешил Богдан. — С чего бы?
— Я пока не разобралась с тем, что слышала… Просто можешь не говорить? — теряю терпение, потому что он ведет себя странно.
— Я обещаю, что никому не скажу. Но только если ответишь на один вопрос.
— Хорошо, — соглашаюсь. — Спрашивай.
Мы выходим из клиники, идём к машине. Богдан также открывает передо мной дверь и помогает сесть. И как только мы оказываемся в салоне, то он задает свой вопрос:
— Что ты слышала? — его глаза так и сверкают любопытством.
Я мнусь. Мне не хочется делиться услышанным с ним, ведь его совершенно не знаю, но пообещала ответить на вопрос. Глубоко вздохнув, все же рассказываю о странном разговоре, который случайно подслушала в кабинете. Но и с корыстной целью, вдруг Богдан что-то знает, то можно понять по его мимике. Также странно, что мой муж не рассказывал лучшему другу о своей жене…
— В общем, когда я зашла в кабинет, секретарша показывала фотографии ребенка. И при этом говорит: «А вот фото нашего малыша»… И потом ты ударил меня дверью… — решаю чуть выдержать паузу, чтобы посмотреть его реакцию.
Но Богдан просто ехал и холодно смотрел вперед, никак не отреагировав. Не дав понять, знает ли он об измене, или действительно все это нелепая, надуманная мною ситуация.