И наш педиатр рекомендовал пользоваться креслом до шести лет, так что я игнорирую закатывания глаз некоторых других мам из детского сада.
— Я так не думаю, — говорю я.
— Тогда почему оно не открывается?
Отличный вопрос.
Я бросаю взгляд на дом, где внутри горят огни, что означает, что Джереми вернулся с работы.
Это почти так же удивительно, как и то, что гаражная дверь не открывается, потому что ему редко удаётся попасть домой раньше того момента, когда мы уже садимся ужинать, а часто и намного позже.
Сегодня вечером он вернулся как минимум на час раньше.
Мой муж управляет хедж — фондом в городе и работает больше, чем кто — либо из моих знакомых, но я ценю, что, даже если он иногда пропускает семейный ужин, каждую ночь он вовремя возвращается домой, чтобы уложить Тедди спать.
Кроме редких командировок, конечно.
— Папа поможет нам разобраться, — говорю я Тедди.
Тедди кивает в знак согласия.
Насколько бы он ни был обеспокоен, нет ничего, что его отец не может сделать.
Если бы кому — то понадобилось облететь землю назад, чтобы повернуть время вспять, Тедди вызвал бы для этой задачи Джереми.
Я вылезаю из машины, натягивая штаны для йоги, которые, кажется, вечно врезаются в щель между ягодицами.
Затем я изгибаю своё тело, чтобы забраться на заднее сиденье и отстегнуть Тедди от его ремней, и он награждает меня беззубой улыбкой.
Недавно он потерял свой первый молочный зуб, следом за ним второй, а потом ещё два.
Он был безумно рад, после того как с завистью смотрел на всех остальных детей в своём классе, которые уже потеряли зубы, но я оплакивала потерю первого как очередной признак того, что мой драгоценный маленький мальчик растёт.
Тедди хватает свой рюкзак с Губкой Бобом, который, я уверена, весит столько же, сколько и он, если не больше.
Мы направляемся к входной двери нашего дома, и Тедди наклоняется назад, пытаясь удержать вес своего рюкзака.
Когда я кладу руку на дверную ручку, она не поворачивается, и я шепчу ругательство себе под нос.
— Ты сказала плохое слово, мамочка! — объявляет Тедди, одновременно потрясённый и взволнованный.
— Извини, — быстро говорю я. — Я не хотела.
— Что случилось? — требовательно спрашивает он.
— Дверь заперта.
— Почему?
Я роюсь в своей сумочке в поисках ключей.
Учитывая, что я всегда захожу через гараж, где дверь никогда не заперта, я редко их использую.
Но я почти уверена, что они где — то здесь.
— Я не знаю.
— Что ты теперь делаешь?
Я поднимаю взгляд от своей сумочки и дарю Тедди улыбку, которая, надеюсь, выглядит терпеливой.
Иногда мне кажется, что мой сын ожидает непрерывных комментариев ко всему, что я делаю, и по большей части я стараюсь его этими комментариями обеспечить.
Учительница Тедди в детском саду сказала мне, что у него лучший словарный запас в классе, и я думаю, это потому, что я постоянно с ним разговариваю.
— Я ищу свои ключи от дома.
— Они в твоей сумочке?
— Да.
— Ты уверена?
— Да!
О боже, где же они?
Я отодвигаю в сторону маленькую бутылочку с водой и то, что на ощупь напоминает гигантский камень, который Тедди подобрал в парке на прошлой неделе и попросил меня сохранить, потому что он показался ему «клёвым».
И затем, слава богу, мои пальцы смыкаются вокруг моей связки ключей.
Я победно вытаскиваю её.
— Та — да!
Тедди послушно хлопает.
Что бы ни случилось с гаражной дверью, мы разберёмся с этим позже.
Как всегда, парковка у школы карате была неконтролируемой, потому что она находится в торговом центре, который делят ещё около десятка других магазинов.
Я кружила по стоянке несколько минут, прежде чем найти место, как раз в тот момент, когда тучи, висевшие всю вторую половину дня, разверзлись ливнем.
Больше часа спустя мои волосы всё ещё влажные, а туфли хлюпают при каждом шаге.
Я хочу только одного: тихого вечера с моей семьёй.
Я вставляю ключ в замок, но замок не поворачивается.
Это… странно.
Когда я убеждаюсь, что этот ключ не работает, я вытаскиваю его.
Я осматриваю связку ключей, на которой всего два ключа.
Один — это ключ от дома, а другой — ключ от моей старой врачебной практики, от которой я отказалась, когда решила стать домохозяйкой ради Тедди.
Ни о чём не жалею, но я сохранила запасной ключ из ностальгических соображений.