Хотя хуже всего — вся та ложь, которую он рассказывает обо мне. Как бы я ни гордилась своей медицинской карьерой, я ещё больше горжусь тем, что я мать. Тедди — центр моей вселенной, и я делаю для него всё. Без Тедди моя жизнь не имела бы смысла.
К моменту окончания встречи я буквально трясусь от злости. Эзра вытаскивает меня из комнаты, мы находим тихий уголок со скамейкой, и он усаживает меня. Он присоединяется ко мне, ставя свой огромный портфель между ног.
— Ладно, во — первых, — говорит он, — давайте просто сделаем глубокий вдох.
— Сделаем глубокий вдох! — вырывается у меня. — Я не собираюсь сидеть здесь и дышать, когда Джереми хочет забрать у меня моего сына!
— То, чего он хочет, и то, что произойдёт, — две совершенно разные вещи.
Слёзы жгут мне глаза. Мне удалось сдержаться на встрече, но я не уверена, что смогу и дальше.
— Я даже не понимаю, зачем ему опека! Он вечно работает!
Эзра усмехается.
— Я знаю зачем.
— Зачем?
— Потому что, если у вас будет опека пятьдесят на пятьдесят, ему придётся платить тебе алименты на ребёнка, — говорит он. — И это вдобавок к оплате практически всего ухода за ребёнком и частной школы, учитывая разницу в ваших доходах. Он будет платить бешеные деньги. Но если у него будет больше пятидесяти процентов опеки, ему не придётся платить тебе ни цента алиментов.
Я моргаю, глядя на него.
— Серьёзно?
— Серьёзно.
— Какой… — Я вспоминаю слова Стефани Горман в её офисе. — Какой мудак!
Эзра смеётся.
— Точно.
Слёзы ушли, осталась только злость. Как Джереми мог так поступить со мной? Я всегда знала, что в нём есть злопамятная сторона, но я никогда не представляла, что он способен вести себя так.
Я бы сказала, что это влияние Вероники, но когда я была в той комнате, это чувствовалось иначе. Казалось, что ложь исходит напрямую от моего мужа.
— Всё, что он сказал обо мне, — ложь, — говорю я Эзре.
— Я не сомневаюсь. И не волнуйся. Он не выиграет эту битву. Если придётся, мы пойдём в суд.
— Я, эм, не знаю, смогу ли я позволить себе судебную тяжбу.
Он, кажется, нисколько не обеспокоен моей полной неспособностью заплатить ему. Хотя я, безусловно, могу выписать ему чек на гонорар теперь, когда деньги волшебным образом вернулись на совместный банковский счёт.
— Не волнуйтесь. — Он ухмыляется мне. — Вам скоро поступят большие деньги. Я уверен, что в конце концов мне заплатят.
Он выглядит таким уверенным, что мне становится легче. Не полностью легче, конечно. Но, возможно, на миллиметр легче.
— Эй, — говорю я, — почему Хардвик бросал на тебя те грязные взгляды, когда мы вошли в конференц — зал?
— О! — Его ухмылка становится шире. — У нас было большое дело о разводе, которое завершилось около года назад — дошло до суда и всего прочего. Моя клиентка получила всё, что хотела. Но я думал, тот Ленни попытается напасть на меня на парковке после всего. Он, вероятно, так бы и сделал, если бы не боялся потерять свой парик в драке.
Несмотря на всё, что случилось сегодня, это заставляет меня рассмеяться. И я пытаюсь насладиться этим, потому что боюсь, что это может быть последний раз, когда я смеюсь.
У Эзры есть ещё какие — то дела, поэтому я ухожу из муниципалитета одна. Когда я выхожу из здания, я замечаю, что знакомый бежевый Jetta всё ещё на парковке. Машина Вероники.
Меня охватывает внезапное желание проколоть ей шины, но я понимаю, что на парковке, вероятно, есть камеры. Это не будет хорошо выглядеть, если меня поймают. Мне нужно вести себя безупречно, если я не хочу, чтобы Джереми забрал у меня сына.
Хотела бы я знать больше о Веронике. Хотела бы я знать, кто она и что ей нужно от моего мужа, потому что я готова поспорить на любую сумму, что она не влюблена в него. Но я ничего не знаю об этой женщине. Даже её фамилию.
Я оглядываюсь, чтобы убедиться, что никто не смотрит, затем пробираюсь к боковой стороне машины Вероники. Я заглядываю в окно в поисках каких — либо улик. Она оставила свою сумочку в машине, но когда я пробую дверь, она не открывается. Что ж, по крайней мере, она достаточно умна, чтобы запирать двери.
Я обхожу машину с другой стороны, глядя на её задний бампер. В прошлый раз, когда я видела её машину, он был треснут, но с тех пор его починили. Я уверена, что её женатый парень постарше оплатил солидный счёт за этот ремонт.
Я ещё раз проверяю, не смотрит ли кто на меня, затем лезу в сумочку и достаю телефон. Я быстро фотографирую номерной знак Вероники.