— О да? — парирует Джереми. — Хотите увидеть фото?
У меня сдавливает желудок, когда Леонард Хардвик открывает папку перед собой и достаёт огромное полноцветное фото Элли — слона с ножом, торчащим из него. Это выглядит довольно драматично, и красное вещество, сочащееся из раны на животе, кажется очень ярким. Он протягивает фото через стол Эзре, который берёт его и изучает.
Он выглядит впечатлённым.
— На что я должен смотреть?
— Эта игрушка была подарком от партнёра моего клиента Теодору, — говорит Хардвик. — Теодор принёс игрушку в квартиру миссис Рот, и вот что она с ней сделала.
— Я не делала этого! — настаиваю я. Я поворачиваюсь к Эзре. — Я не втыкала нож в плюшевого слона!
Эзра бросает фото обратно на стол.
— Я не знаю, что доказывает это фото. Это могло быть сделано где угодно и кем угодно. Я не думаю, что миссис Рот способна на такое.
— Она способна, — цедит Джереми сквозь зубы. — И это не всё.
Эзра поднимает бровь.
— Хорошо, что ещё у вас есть?
— Теодор сказал мистеру Роту, что его мать запирается в спальне на несколько часов, и он слышит, как она плачет за дверью, — говорит Хардвик. — В это время он предоставлен сам себе.
— Что? — Я качаю головой. — Это нелепо! Я бы не оставила Тедди одного на несколько часов!
Выражение лица Эзры не меняется.
— И это говорит пятилетний ребёнок?
— Ему почти шесть! — говорит Джереми. — И она также угрожает моей девушке! Она звонила ей несколько раз и говорила ужасные вещи! Наоми сказала ей, что убьёт её!
Я громко вдыхаю. Как он смеет так говорить, когда Вероника, возможно, пыталась отравить меня в моём собственном доме? Я смотрю на Эзру, ожидая увидеть такое же ужасное выражение на его лице, но он восхитительно спокоен.
— Итак, эти телефонные звонки… — говорит он. — У вас есть телефон вашей девушки, и вы можете показать нам запись звонков от моей клиентки?
Джереми бросает на своего адвоката страдальческий взгляд. — На самом деле, — говорит Хардвик, — звонки были с заблокированного номера — возможно, с одноразового телефона, так что мы не можем показать вам эту запись.
— Так откуда вы знаете, что звонки были от моей клиентки? — парирует Эзра.
— Очевидно, это была она, — говорит Джереми. — Кто ещё мог сделать что — то такое безумное?
— Вы сами слышали эти звонки? — настаивает Эзра.
Джереми колеблется на мгновение.
— Ну, нет. Звонки были, когда меня не было дома. Но Вероника узнала её голос.
— Так у нас есть только слово женщины, которая разговаривала с миссис Рот всего несколько раз. — Эзра достаёт из портфеля свою собственную папку. Он открывает её на первой странице. — И это… Вероника Чессон? Которая была арестована за хранение героина?
По выражению лица Хардвика видно, что он не был в курсе этой конкретной информации. Он выглядит так, будто хочет схватить моего мужа за горло. Это так приятно, что я даже позволяю себе крошечную победоносную улыбку в сторону Эзры, которую он возвращает.
— Правда, Джереми? — тихо говорит Хардвик, наклоняясь к уху Джереми, но достаточно громко, чтобы мы все слышали. — Твоя девушка — героиновая наркоманка? И ты не подумал упомянуть об этом?
Джереми ёрзает на стуле.
— Она уже не такая. Она полностью чиста.
Окасио громко прочищает горло.
— Мистер Хардвик? У вас есть что сказать по поводу заявлений мистера Флетчера?
— А — а… — Хардвик перебирает свои бумаги. — Я думаю…
— Вероника не имеет значения, — резко говорит Джереми. — Да, она моя девушка. Но моя забота полностью о Тедди. — Он показывает большим пальцем в сторону папки перед своим адвокатом. — Я не выдумываю это. Тедди не в безопасности с Наоми. Она невменяема!
— Ты газлайтишь меня, — говорю я, вспоминая слова Коры из прошлой ночи.
— Газлайтинг? Ты шутишь!
— И Вероника отравила мою домашнюю комбучу! — добавляю я.
Я не собиралась говорить последнее на медиации, но меня занесло. Теперь все в комнате смотрят на меня.
— Это вызвало у меня рвоту, — уточняю я. — Я почти уверена, что она пришла в мою квартиру и подсыпала туда тайленол.
— Конечно, это вызвало у тебя рвоту, — парирует Джереми. — Это ферментированный чай. Это отвратительно. И вообще, ты…
Я не знаю, что собирался сказать Джереми, но Хардвик бросает на него такой суровый взгляд, что ясно — если он не заткнётся, его адвокат выйдет из комнаты.
— Учитывая эту новую информацию о мисс Чессон, — медленно говорит Хардвик, — я хотел бы попросить взять время на размышление, а затем собраться снова.