— Мамочка, ты пришла! — радостно говорит Тедди. — Папа сказал, что ты не придёшь.
Как по команде, из толпы появляется Джереми, одетый на этот раз неформально — в джинсы и футболку. Он всегда носит костюмы, и я забыла, как хорошо он выглядит в повседневной одежде. Хотя он выглядит ещё лучше, когда улыбается, а сейчас он определённо не улыбается.
— Наоми, — говорит он тихим, злым голосом. После того, как медиация приняла недавний оборот, Джереми всегда выглядит взбешённым на меня — больно видеть его таким. — Что ты здесь делаешь?
Я смотрю на часы.
— Ты сказал мне прийти в полдень. Ты сказал, что вечеринка закончится к полудню.
Кровеносный сосуд вздувается на его виске.
— Я сказал в час!
— Мамочка! — Тедди тянет меня за юбку. — Мамочка, ты должна увидеть пони! Его зовут Спарклс!
Секунду спустя появляется Вероника, её шёлковые волосы собраны в высокий хвост, её безупречная кожа без макияжа. Она выглядит фантастически в джинсах и майке — действительно красивая, неважно, что там говорил Эзра. Она мило улыбается мне.
— Здравствуй, Наоми. Рада, что ты смогла прийти.
— Наоми уходит, — говорит Джереми, достаточно громко, чтобы быть услышанным сквозь крики детей, что заставляет нескольких взрослых гостей обернуться. Мы на грани того, чтобы устроить сцену.
— Нет! — вопит Тедди. — Я хочу, чтобы мама осталась!
Я беспомощно смотрю на Джереми, но он всё ещё сверлит меня взглядом. Именно Вероника наконец встаёт между нами.
— Пожалуйста, останься на вечеринке, Наоми. У нас есть еда в доме. Кухня прямо через заднюю дверь.
Мне хочется огрызнуться, что я знаю, где находится кухня в моём собственном доме, но, по крайней мере, она не хочет вышвырнуть меня, как Джереми. Хотя именно из — за Вероники меня вышвырнули из всей моей жизни.
Почему Джереми не видит этого? У меня есть доказательства того, что она охотится за его деньгами. Ему всё равно? Он хочет, чтобы его использовали?
Я позволяю Тедди провести меня через толпу гостей. Он показывает мне огромный торт, надувной замок и пони, и он даже просит клоуна сделать мне маленькую корону из шариков, которую я послушно надеваю на голову. Но затем Тедди отвлекается на своих друзей, оставляя меня одну.
Я сегодня ничего не ела, поэтому я захожу в дом посмотреть, какая там еда. И, естественно, сервировка впечатляющая. Там десятки мини — сэндвичей всех видов, что — то вроде мусса из копчёного лосося, фаршированные яйца с икрой, фаршированные грибы, какие — то крокеты и огромная доска с мясными деликатесами, где мясо выложено в форме цветов. И самое лучшее — несколько бутылок вина.
Я наливаю себе большой бокал красного, даже не удосужившись посмотреть на этикетку. Мне следовало бы сначала поесть, но больше всего мне сейчас нужно выпить. Как раз когда я делаю большой глоток, я опускаю бокал и вижу знакомое лицо.
— Кора? — говорю я.
Кора Янцен, которую я считала своей новой лучшей подругой, стоит в нескольких футах от меня, эффектно выглядя в белом летнем платье. Она останавливается, когда замечает меня стоящей там, и вся краска сходит с её лица. — Наоми?
Несколько дней назад я жаловалась Коре на эту самую вечеринку. Я рассказывала ей, как ужасно я себя чувствую из — за того, что меня исключили, и она казалась такой же злой, как и я. И вот она здесь.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я её. Я стараюсь не звучать слишком обвинительно, но, серьёзно.
— Я, э — э–э… — Она ёрзает, и на её щеках появляются два красных круга. — Мне очень жаль, Наоми. Зак так хотел пойти. Я не могла сказать «нет». Я имею в виду, все дети в школе только об этом и говорили. Он бы чувствовал себя обделённым.
— Да, — говорю я. — Я прекрасно понимаю, каково это — чувствовать себя обделённой.
— Наоми. — Её голос стал раздражающе нытьё. Я теряю к ней уважение с каждой секундой. — Ты ведь не злишься на это, правда? Это всего лишь вечеринка.
— Верно. Это всего лишь вечеринка, Кора.
— Послушай, — говорит она, — давай поговорим об этом завтра после школы, хорошо? Я буду на обычном месте, и мы сможем поболтать.
— Если ты будешь на обычном месте, я буду где — то в другом месте.
Я отворачиваюсь от неё и допиваю остатки вина. Я на этой вечеринке около пятнадцати минут, и это уже были худшие пятнадцать минут в моей жизни. Кора выглядит так, будто хочет сказать что — то ещё, но затем понимает, что это бесполезно, и выходит обратно на улицу.
Я не могу дождаться, когда это закончится.
Глава 34