- А я попрошу тебя, и ты поговоришь с одним своим другом, а он поговорит со своим другом...
Джессика самостоятельно наполнила свой бокал почти до краев.
- Оно крепкое, - предупредила Исабель.
- Я хочу напиться.
- А можно попросить, чтобы в спальню принесли ведро? Ее всегда тошнит от алкоголя, - попросил Грегори.
- Не всегда, - возмутилась Джессика.
- Всегда.
- Например, на Рождество меня не тошнило.
- Тебе все так сказали, потому что я попросил.
- Боже... теперь Исабель будет думать, что я алкаш...
- Я ничего не про Вас не думаю, Джессика, - заверила Исабель, поддевая вилкой большой кусок нежирной белой рыбы и перекладывая его себе в тарелку с общего блюда, на которое в изобилии выложили ракушек, креветки, разноцветные куски рыб и раков.
- Божественно, - Джессика одним махом осушила бокал и снова потянулась за графином, - Грег, разделай мне, пожалуйста, раков. Я совершенно не умею есть раков.
Она заговорщически подмигнула Исабель и снова наполнила бокал.
- Оно правда крепкое, Джесс, - напомнила Исабель, наблюдая, за тем, как лихо Джессика осушает тару.
- Ерунда. Мне же не вставать завтра на работу в пять утра. Если честно – я уже жду, когда мне стукнет двадцать пять, и меня вышибут из большого спорта. Я так устала есть по чайной ложке в день какого-то обезжиренного творога и половинку яблочка. Нам совсем нельзя пить - это портит фигуру и цвет кожи. Нам вообще ничего нельзя. И это начинает доставать.
- Попробуйте загорать, - подмигнула Исабель.
- А это мысль, – Джессика толкнула Грегори в плечо, - у нас ведь нет моделей со смуглой кожей. Я могла бы произвести фурор.
- Или потерять работу, - пожал плечом Грегори.
- Ну, вообще-то, меня это не пугает: я выхожу замуж за богатея.
- Это за того, который обещал бросить ради тебя жену? Уверен, так оно и будет… - подтрунил Грегори.
Все трое рассмеялись, и Джессика обновила бокал:
- Вам стоит отвезти Грега на виноградники. Он мечтал там побывать. Особенно на закате. Он где-то вычитал, что закатное солнце как-то по-особенному освещает кисти и это нечто потрясающее.
- Я рассчитывала, что вы захотите посмотреть сады и производство, - согласилась Исабель.
- Надеюсь, вы посмотрите это сегодня вечером и завтра с утра: сегодня я хочу напиться, а завтра – спать целый день.
- Ты не поедешь с нами? – Удивился Грегори.
- Не-а, - помотала головой Джессика, хитро улыбаясь, - поезжайте сегодня? Как раз Солнце скоро начнет садиться.
- Сегодня?
- Ну, да. Вы ведь все равно будете решать свои дела в какой-то другой день. И мне придется ездить с вами. Мне будет скучно. А сегодня вы можете без зазрения совести оставить меня дома. И завтра с утра. Больше я не потерплю никаких деловых поездок, встреч и разговоров.
- Ммм… может, и впрямь, съездим сегодня? Это далеко?
- Виноградники? – Исабель с удивлением взглянула на Грегори, - нет. Минут сорок езды.
- Тогда, мы успеем до заката, - улыбнулся он, ловко освобождая розоватое мясо от красного, хрустящего, точно свежий багет, панциря.
- А-а…Джесс, Вы точно не против?
- Точно, - уверенно кивнула она, - я знаю, что у вас остались кое-какие недоговоренности по разделу имущества, и вообще… Вам нужно поговорить.
- Ну… хорошо, - неуверенно согласилась Исабель.
- Если, конечно, у Вас не было планов на вечер, - Грегори переложил в тарелку Джесс горку рачьего мяса, оставив на своей не чищеные клешни.
- Нет. Вы – мои планы на ближайшую неделю, - заверила Исабель.
- Чудесно, - Джессика отправила в рот насаженный на вилку кусок хвоста ракообразного, - просто чудесно.
4
Небо затянуло пурпуром. Самые верхушки взбитых, точно белки, облаков сползающее к горизонту Солнце позолотило своими прекратившими испепелять живое лучами. Спасительная вечерняя прохлада еще не надвинулась на поля, но ее первые вестники – щекочущие до мурашек ветерки – уже вовсю наскакивали на местных жителей, разбегаясь из высокой травы вдоль дорог.
Виноградные кустарники оказались намного ниже, чем представлял себе Грегори. Небольшие, аккуратно стриженные, вытянувшиеся от подножия холма, на котором они с Исабель стояли, до самого горизонта ровными рядами, как солдаты на построении – они сильно отличались от виноградников в его воображении. Они тихонько перешептывались между собой, подрагивая своими острыми, многоугольными листьями, потягиваясь друг к другу тоненькими желтеющими лозами. Их тяжелые, просвечиваемые насквозь кисти, походили на рыбью икру с крошечной завязью.