Может быть, он так и не расстался с той брюнеткой, которая была на фотографиях?
Ведь мы с ним так и не обсудили эту ситуацию из-за смерти мамы. У меня не было сил это обсуждать, и я просто закрыла глаза на его измену, сделав вид, что ничего не было.
Постоянные измены, ужасное отношение ко мне и вот теперь это… Пощечина. Самая настоящая, болючая, жесткая пощечина.
С меня хватит! Сколько еще можно это терпеть?! Я не позволю так с собой обращаться.
«Развод» — это слово звучало ужасно у меня в голове. Я не хотела этого, но в то же время понимала, что так больше продолжаться не может. Трудно было находиться с человеком, который не ценит тебя и не относится с уважением. И в конце концов, если он не изменится, если у него не появится желания работать над собой и нашими отношениями, что тогда? Я не могла позволить ему и дальше так со мной обращаться.
Но вначале я хотела все обсудить.
Мне бы хотелось, чтобы мы расстались, как цивилизованные люди, чтобы он виделся с малышкой и участвовал в ее воспитании. В голове сразу возник вихрь вопросов: где я буду работать, как я буду работать с малышкой на руках, кто мне поможет?
Надо собрать вещи и переехать в мамину квартиру…
А там я как-нибудь разберусь…
Боже, как же страшно!
Собрав все силы, я направилась в комнату, где Руслан сидел на диване. Он усердно щелкал переключателями телевизора, будто бы стараясь заглушить всё происходящее вокруг. Я остановилась у двери и сделала глубокий вдох, чтобы собраться с мыслями.
— Руслан, нам нужно поговорить, — наконец произнесла я, стараясь говорить спокойно. Но в его глазах не было понимания, только усталость и недовольство.
— Я не хочу с тобой говорить, оставь меня в покое, — бросил он, не отвлекаясь от телевизора.
Я почувствовала, как сердце сжимается от его слов. Эта безразличие так резало по душе, что я не могла больше молчать. Я шагнула ближе, и наш взгляд встретился.
— Почему мы всегда разговариваем только тогда, когда этого хочешь ты Руслан? Мое мнение абсолютно не учитывается! Ты меня совершенно не слышишь! Это не дело, когда один из нас не может нормально общаться, — произнесла я, сжав руки в кулаки, чтобы не сорваться с места.
Руслан не сразу ответил. Он отстранил взгляд и снова уткнулся в телевизор; тишина между нами становилась невыносимой. В каждом его движении я чувствовала раздражение, а в своих — отчаяние. Наконец, он поднял голову.
— Ты всё время только о себе думаешь, — произнес он, и в этих словах снова заиграла ярость. Может, я действительно эгоистка?
— Нет, я думаю о нас, о нашей семье, — попыталась возразить я, но не смогла скрыть растерянности и обиды.
— Если ты так думаешь, то тебе не понять, — проговорил он, и в его голосе звучала досада. — Ты не знаешь, что такое усталость. Усталость от всего, от работы, от жизни… От тебя тоже.
— Как ты можешь так говорить!? — вскрикнула я. — Я пытаюсь сделать так, чтобы ты меня услышал! Нам нужно найти общий язык, нам нужно быть вместе и решать все трудности, но ты отталкиваешь меня! Я это так устала от всего… - я спрятал лицо в ладонях и снова заплакала.
— Как же ты меня достала! — прошипел он, и во взгляде его вновь мелькнуло что-то, не поддающееся объяснению — возможно, желание меня убить?
В этот момент я поняла, что должна делать выбор, и он не будет простым. Я не могла больше оставаться в отношениях, которые приносили лишь боль. В груди разрывалась обида.
Я пыталась.
Видит Бог, я пыталась! Я прощала и терпела, но моему терпению пришел конец.
— Я не могу оставаться тут, если ты так себя ведешь. Я думаю, что нам нужно развестись, — произнесла я, чувствуя, как волна ярости внутри накрывает меня, освобождая от ненужного груза. – Я поеду на мамину квартиру, часть вещей заберу попозже.
Руслан посмотрел на меня, и я увидела, как его лицо изменилось. Но он ничего не сказал. Молчание, как никогда, загустело вокруг нас, создавая невидимую стену.
— Это не значит, что я не люблю тебя, — добавила я, чтобы донести свои чувства. — Но я больше не могу терпеть, я хочу быть собой, я хочу быть в гармонии, прежде всего ради нашей дочери.
Я медленно повернулась и покинула комнату, оставив бурю неразрешенных вопросов позади. Моё сердце сжималось от боли, но вместе с тем я чувствовала, что сделала правильный выбор. Я должна была встать за себя и за нашу будущую жизнь с малышкой, какая бы она ни была, но я не могла позволить, чтобы она была наполнена слезами и грустью…
На трясущихся ногах я отправилась в гардеробную и выудила сумку. Невидящим взором я скользила по вещам кидая все в нее все подряд без разбору.