Я со злостью отнесла пакет с букетом на помойку и с остервенением выбросила в бак.
Что объяснить?
Как можно объяснить фотографии, на которых ты обнимаешься с какой-то девушкой?
В то, что можно было подделать переписку я еще могла поверить. Но фотографии на подделку не были похожи абсолютно.
Но тут в моей сознании заговорил тоненький голос сомнения: а вдруг он и вправду сможет все объяснить? Может ты его хотя бы выслушаешь один раз? У вас же будет ребенок! Может ты сделаешь это хотя бы ради ребенка?
Нет!!!
Тряхнула я головой. Я поняла, что скучаю по нему даже несмотря на то, что он меня предал. Я скучала по временам, когда у нас было все хорошо. Мне хотелось, чтобы сегодня у нас был обычный, спокойный вечер, когда я приготовила бы ему ужин, а потом мы вместе посмотрели бы серию нашего любимого сериала, а он бы, как всегда, уснул бы на диване и смешно сопел, открыв рот.
Как он посмел все это разрушить?
На мои глаза навернулись слезы. Я побрела обратно к подъезду не разбирая пути, почти ничего не видя из-за слез.
Бам!
Я столкнулась с кем-то и уже начала падать, когда меня аккуратно подхватили сильные руки.
- Извините, пожалуйста, - сказала я и поспешно вытерла слезы.
- Ничего страшного, вы не ушиблись? С вами все в порядке? – на меня сверху вниз смотрел симпатичный мужчина. Ухоженная, пшеничная борода скрывала половину лица, а голубые глаза внимательно изучали мое лицо.
- Все хорошо, спасибо, - сказала я, высвобождаясь из его рук. Боже, как неловко! Я быстро прошмыгнула мимо него и юркнула в подъезд.
Руслан продолжал атаковать меня и маму несколько дней упрашивая дать ему все объяснить. Я уже начала сильно сомневаться в своем твердом решении с ним не разговаривать, но мама продолжала меня подбадривать, говоря, что такие, как Руслан не меняются и если он ко мне так относился, то дальше будет только хуже.
В конце концов, спустя несколько дней, мама не выдержала и вышла поговорить с Русланом.
Мы как раз собирались ужинать, когда в дверь раздался знакомый тихий стук.
- Сколько это может продолжаться? – мама с удивлением отложила тарелку, на которую собиралась выложить ароматную запеченную курицу.
- Может мне все-таки стоит с ним поговорить в последний раз? – сказала я мысль, которая крутилась у меня в голове последние пару дней.
- Нет, тебе сейчас нельзя волноваться! Лучше я с ним поговорю, - мама решительно направилась к входной двери.
Она вышла и прикрыла за собой дверь. Я успела услышать только хриплый от усталости голос Руслана, когда он поздоровался с мамой, а она холодно ему ответила. Я осталась внутри, пытаясь услышать, о чем они говорят, но их голоса за дверью отдалились как будто они отошли от двери спустившись на пролет ниже или выше.
Мне сразу же стало безумно жалко Руслана. Наверное, он переживает, не спит, не ест нормально. Питается всякой дрянью с доставок, он же не любит сам готовить. Никто о нем не заботится, ходит там один-одинешенек…
Стоп!
Почему же один-одинешенек?! Его, наверное, вовсю утешает эта баба с фоток! Пускай она теперь его жалеет и заботится о нем! Пусть к ней и катится! Во мне вскипела злоба, захотелось вцепиться ему в лицо ногтями, содрать с него довольное выражение.
Внезапно на лестничной площадке послышался какой-то шум.
Как будто по ступенькам прокатилось что-то мягкое.
Меня словно облила кипятком волна недоброго предчувствия.
Я открыла дверь.
Пусто.
Посмотрела вниз и увидела склоненную спину Руслана и выглядывающие из-за нее мамины ноги в носках, но без тапочек.
Не чувствуя ног, я метнулась к ним.
- Что ты сделал с моей мамой?! Что ты с ней сделал?! – набросилась я на него с кулаками. Из моих глаз брызнули слезы. Я оттолкнула его и рухнула на колени рядом с неподвижным телом матери.
- Я ничего не делал! Она сама упала! – повторял Руслан растерянно, на его бледном лице читалось недоумение и крайний испуг. Как будто спохватившись он вытащил телефон из кармана и трясущимися пальцами начал набирать номер.
- Але! Тут женщине плохо стало! Откуда я знаю?! Может с сердцем что-то?! Не дышит она! – кричал Руслан в трубку.
Мама лежала закрыв глаза. На ее бледном, абсолютно спокойном лице, вдруг резко заострились все черты лица. Из уха медленно вытекала тоненькая струйка крови.
Я попыталась нащупать у нее пульс, но у меня это не получилось. Поверить в то, что пульса у нее больше не было я не могла и не хотела…
Перед моими глазами все помутилось…
Мучительно долго ехала скорая.