— Прости, — смутился мужчина, — я брошу, обязательно, — он затушил окурок и, наклонившись, положил его в пустую консервную банку, припрятанную у столба снаружи забора. — Пойду поставлю чайник.
— А можно и мне на посадки взглянуть? — проявила я любопытство, пока вода закипает, мы вполне успеем. В отличие от Инки меня интересовали грядки и парники.
— Ну конечно! — обрадовалась мама, — идём.
И ещё почти час мы гуляли по междурядьям, заглядывали в теплицы, где гроздьями видели томаты, краснели первые перцы, наливались баклажаны, манили сорвать пупырчатые огурчики, распускались зонтики укропа. И всё это вместе создавало такое смешение ароматов, что голова шла кругом. Мы и правда потеряли счёт времени, особенно когда очутились на грядках с клубникой. Вот где по-настоящему ощущаешь себя ребёнком. Счастью не было предела, когда нам разрешили тащить в рот всё, что захочется. Разве мы могли устоять? С лёгкой улыбкой смотрела на дорвавшихся до ягод городских Лидия Константиновна. Да и Дима периодически отпускал в наш адрес шуточки. Но нам было всё равно. Рот занят сладкой и спелой клубникой.
— Господи, как же хорошо у вас! — совершенно искренне произнесла Инка, засовывая в рот последнюю оставшуюся на грядке созревшую ягоду. — Ой, мы, кажется, слишком увлеклись, — заметила она, что после нашего набега остались одни зелёные.
Но мама заверила, что уже завтра здесь будет ровно столько же. И совесть успокоилась.
— Идёмте уже в дом, — произнёс Дима, — я пирогов хочу и ватрушки, — напомнил он про угощение.
Интересно, а чем Юра занят? — размышляла я, пока мы шли к дому. Со стороны крыльца доносился разговор, прислушавшись, поняла, что это Юра объясняет, как правильно заправлять леску. Очевидно, что Галина не дождалась и пришла сама.
Выйдя из-за угла дома, я увидела и саму соседку: высокая, почти как Юра ростом, стройная блондинка с короткой стрижкой, которая оголяла длинную, тонкую шею, делая женщину похожей на гусыню. По виду ей лет тридцать. Она стояла к нам вполоборота, так что вполне можно было увидеть тонкий длинный нос и пухлые губы. Видимо, Юра пошутил, потому что она рассмеялась, точнее, загоготала, и это лишь усилило её сходство с пришедшей на ум птицей.
— Галя? — нахмурилась почему-то мама, будто не рада её появлению.
— Ой, Лидия Константиновна, — обрадовалась незваная гостья, не уловив недовольства в голосе, — а я вот сама, не дождалась.
— Вижу, что сама, — ворчала тётя Лида, — никак не успокоится, — уже тише буркнула под нос, так чтоб Галина не услышала.
И меня осенила догадка, о чём она: судя по весьма короткому и откровенному наряду, пришла она сюда совсем не за помощью. Её цель — Юра, ведь его она так жаждала увидеть. Думаю, что с леской ей могла бы помочь и Лидия Константиновна.
Что-то неприятное заворочалось в душе, чувство собственническое, ревностное, будто я имела на это право. Юра не отрываясь наматывал оранжевый пластик на катушку, а Дима, ухватив Инку под локоть, повёл её в дом, сказав, что они пока накроют на стол. Уверена, что всё уже давным-давно готово к чаепитию, это лишь предлог остаться вдвоём.
— Ой, Лидия Константиновна, ваш сын такой молодец, обещал завтра зайти помочь мне с дровником, надо поправить, — она победно сверкнула глазами, мол, да, я на полпути к своей цели.
— Юрочка — добрый мальчик, — усмехнулась мама, — всем немощным помогает, разве он мог отказать?
Девица глупо захлопала наращёнными ресницами и вцепилась в протянутую ей готовую катушку длинными наманикюренными ногтями. Да, такими грядки копать можно, — пришла в голову мысль.
— Держи, — отошёл от неё Юра, пока она таращилась на нас, — должно надолго хватить.
И это прозвучало не как констатация факта, а как надежда, что этот предлог себя исчерпал.
— Юрочка, твоя гостья заскучала, — подтолкнула меня мама в спину, вынуждая сделать шаг вперёд, и я тут же попала под ненавидящий взгляд Галины. Она явно начала понимать, что лишняя, однако не желала сдаваться. Натянув на лицо улыбку, принялась тараторить:
— Юр, мне бы ещё вечером бабушку отвезти, здесь недалеко, в…
— Идём, милая, я тебе телефон такси запишу, — мама перебила нахалку, не дав ей закончить фразу.
Глава 16
Юра
Катя понравилась маме сразу же, иначе она бы не подпустила её к своим драгоценностям — розам. Я вообще не припомню, чтобы она кому-то проводила такую подробную экскурсию.
Пока ставил чайник, так некстати пришла Галина, приехавшая, как всегда, к своей бабке — Клавдии Петровне, живущей в доме напротив. Каждый приезд она по сто раз на дню попадалась мне на глаза. И её наряды с каждой встречей становились всё откровеннее и откровеннее.